— Он нас заметил.
Я поворачиваюсь.
К экипажу быстро идёт молодой мужчина.
Он сильно хромает. В руках арбалет.
Калеб.
Метс выходит первым.
Я следом.
— Кертис, останьтесь с Гаспаром, — приказываю.
Калеб останавливается в нескольких шагах от кареты, мажет по мне взглядом и глядит исподлобья на Метса, который принял боевую стойку.
— Всё-таки нашёл меня, — рычит Калеб.
Я выхожу вперёд.
— Твой отец тяжело болен.
— Мой отец — предатель.
В эту минуту нас окружают люди из охраны Гаспара. Все вооружены.
— Твоему отцу нужна всего лишь капля твоей крови, иначе он погибнет, — произношу я твёрдо.
Калеб обводит взглядом солдат, меня.
— Я сказал «нет». Я не буду помогать убийце.
Мы все на взводе, и воздух звенит от напряжения. Одно неловкое движение — и кто-нибудь выстрелит.
— Твой отец не убийца! — говорю резко.
— Я видел солдат без рук. Без ног. Видел, как они выбирались из окружения, куда их завёл Гаспар ван Райден, — произносит Калеб.
Боже, сколько в его движениях отца. Я будто вижу молодого Гаспара. Но теперь он ранен, искалечен драконьим огнём.
На лице Калеба глубокие шрамы, спускающиеся по шее к груди. Нога искривлена. Даже драконья регенерация не смогла победить такое. Демоново пламя.
— Я едва выжил в том аду. И он был виноват!
Я мотаю головой.
— Ты просто не помнишь, что произошло на самом деле. В штабе.
— Помню достаточно. Взрыв… — он хватается одной рукой за голову, словно воспоминания причиняют много боли. — Моя жена нашла меня под обломками. С дырой в груди. Вокруг уже всё горело.
— От чего именно была рана в твоей груди?
Я смотрю ему прямо в глаза.
Он хмурится.
— От чего рана? — рычит он зло. — От обломков…