— Да, товарищ Сталин, удерживаться на тех рубежах на которых мы сейчас находимся больше нет никакой возможности. Всякое промедление с началом отхода грозит неминуемой катастрофой. Я полностью и безоговорочно уверен в этом.
— Хорошо. Жуков так же сказал мне, что вы настаиваете на ликвидации управления Резервного фронта и передаче всех его войск в ваше распоряжение. Это правда?
— Да это правда. Считаю, что в сложившейся обстановке иметь два самостоятельных фронтовых управления на Московском направлении очень не полезно. При этом часть войск входящих ныне в состав Резервного фронта может быть выведена в резерв Ставки.
— Хорошо. Ставка обсудит это ваше предложение. Передайте трубку Жукову.
Жуков вновь взял трубку ещё немного поговорил со Сталиным и попрощавшись завершил свой разговор с ним.
Положив трубку он повернулся ко мне и сказал:
— Настроение у хозяина похоже улучшилось.
Соколовский подошёл ко мне с переписанным набело текстом приказа. Я подписал его и сказал:
Немедленно довести до всех командиров.
— Есть! — ответил мне Соколовский.
Повернувшись к Жукову я сказал:
— Георгий Константинович, может чайку выпьешь? Покрепче? Для бодрости.
— А, что! Давай этого своего чайку. Выпью с удовольствием. А то понимаешь, когда к тебе ехал, чуть чуть в машине не заснул. А мне с картой поработать надо было. Так, что приходилось останавливаться пару раз и устраивать небольшую пробежку на свежем воздухе.
Я выглянул в приёмную и к своему удивлению увидел, сидевшего там на лавочке Рогозу. Увидев меня он вскочил с лавки и встал по стойке смирно.
— Вольно, — сказал ему я, — ты, что ефрейтор вообще не спишь?
— Почему? Сплю, товарищ генерал — полковник.
— Говоришь спишь? Ну смотри если днём кемарить будешь я тебя из ординарцев уволю.
— Никак нет.
— Что никак нет?
— Не буду я днём кемарить!
— Ладно проверим. А сейчас быстро организуй чайку, товарищу генералу армии. И покрепче. Понял?
— Есть. Понял!
— Ну тогда выполняй.
— Ну как Георгий Константинович, дела в Ленинграде? — спросил я Жукова.
— Немцы начали окапываться. Обстреливают город, мы конечно отвечаем. Но надо прорывать блокаду и чем скорее тем лучше. Иначе будет плохо. Снабжение Ленинграда в условиях блокады под большим вопросом.
— А каковы дальнейшие планы у фон Лееба, как ты думаешь? Ну кроме того, чтобы удерживать блокаду?
— Трудно сказать. Я бы на его месте попробовал бы соединится с финнами, и сделал бы блокаду полностью герметичной. Но вот, что он думает на самом деле понятия не имею.
— Но с другой стороны у немцев под Ленинградом застряла очень крупная группировка. Неужели у Гитлера не возникает соблазна как — то по быстрому решить проблему с городом и перебросить эту группировку на какое — то другое место?
— Не знаю, Иван Степанович. С одной стороны ты конечно полностью прав, а с другой стороны, Ленинград слишком крепкий орешек, чтобы немцы вот так просто и быстро смогли бы разгрызть его.
Тут в комнату вошёл Рогоза, который в одной руке нёс чайник, а в другой тарелку с бутербродами.