— Настолько, что не выдержали его измен с секс-куклами и убили прямо на месте преступления? А затем побежали в "Штык", чтобы создать себе алиби? — спросил Лисов почти участливо.
Татьяна снова вздрогнула, Иван нахмурился. Карлик продолжал летать по мастерской, что-то разглядывая, Олеся сидела на корточках у ритуальной фигуры и задумчиво изучала ее, не обращая внимания на происходящее. Маг-эксперт, прибывший с Лисовым, таращился на Олесю и ее рыже-зеленые волосы с крайней степенью неприязни во взоре, даже не пытаясь скрыть таковую.
— Погоди, Лис…
— Да я-то погожу, а вот улики — нет. Отпечатки на ноже принадлежат Татьяне, время смерти приблизительно совпадает с временем нанесения раны, нож, скорее всего, был воткнут в еще живое тело, наш судмедэксперт уже осмотрела его, — Лисов махнул волосатой рукой в сторону мелкой блондиночки, которая сейчас осматривала разорванную грудь третьего убитого и торчащий оттуда набалдашник магического жезла.
— Я всегда собирала Степану контейнер с едой, — пробормотала Татьяна потерянно. — Он любил срезать корочку с синтохлеба и ел ее отдельно, поэтому всегда брал нож.
Лисов уже включил рекордер, новейшую модель, не то старье, которым пользовался Иван, и с нескрываемым любопытством смотрел на Татьяну. Впрочем, таков уж был капитан Лисов, попытки преступников оправдаться и выкрутиться всегда приводили его в восторг. Насколько знал Иван, капитан даже коллекционировал особо выдающиеся оправдания и попытки создать себе алиби.
— Поэтому вас видели покидающей место преступления? Почему вы не сообщили властям об убийстве?
— Я… я растерялась, — пролепетала Татьяна. — Я очень любила Степана, с самого детства!
— Вот и не выдержали его измен, — кивнул Лисов, — и убили.
— А остальные зрители сами перестреляли друг друга? — спросил Кабанкин, не скрывая сарказма. — Пока Степан Клин собирался овладеть куклой, не снимая штанов?
— Это лишь предварительная версия, — ничуть не смутился Лисов, — не говоря уже о том, что кукла могла и сама снять с него штаны, просто до этого дело не дошло.
— Даже отсюда видно, что ее мяу не подключено.
— О! — Лисов радостно вскинул толстый волосатый палец. — Это особая мякотка! Михаил!
Маг-эксперт оторвался от сеанса ненависти в адрес Олеси и поднялся, отчетливо хрустнув коленками.
— Ритуальная фигура оживления неживых предметов, — важно сообщил он. — Не опознал эту модель секс-куклы, но скорее всего в ней стояли ограничения, которые собирались обойти таким вычурным способом.
— Все бордели полны этих секс-кукол, благо Прежние создали их столько, словно живых женщин уже видеть не могли, в чем смысл? — спросил Иван.
Татьяна молчала, даже не пытаясь защищаться, даже головы не поднимала, словно слова Лисова раздавили ее тяжестью правды.
— Бесплатно и втроем, пока маг полировал бы свой жезл? — пожал плечами капитан. — В любом случае, теперь ты видел достаточно, Кабан и знаешь, что я не придираюсь на пустом месте, лишь бы закрыть дело. Так что можешь идти, выполнять контракт, а гражданка Клин, пока ведется следствие, посидит под стражей. А теперь покинь место преступления, ну или вступай к нам в ОСГ.
— Сам же знаешь, что мне запрещена теперь подобная работа, — проворчал Иван, убирая, впрочем, руку с рукояти игольника.
Капитан Лисов чуть повел плечами, ничем иным не выдав своего облегчения. Олеся Листва, уже закончившая осмотр круга, взирала с обожанием, но капитан словно и не замечал ее.
В агентство возвращались молча, под шум окончательно ожившего города. Ахмат посылал призывные взгляды горожанкам, болтал ножками, Олеся что-то бормотала под нос, словно пересчитывала машины вокруг. Шел уже девятый час утра, поэтому Иван повесил табличку «Открыто» и приоткрыл входную дверь в здание, служившее сотрудникам агентства одновременно домом и местом работы.
— Олеся суп варила, — наябедничал Ахмат.
— А ты и поверил сразу своим карликовым мозгом, — немедленно последовал ехидный ответ.
Иван уже засыпал отходов и опилок в ящик в углу кухни и попробовал его включить. Выдал пинка для ускорения, ящик синтезатора неохотно загудел, затем еще неохотнее начал выплевывать белую кашицу.
— Опять дерьмо со вкусом опилок, — скривилась Олеся.
— Что же ты из своего магического рая сбежала? — не удержался Ахмат.
— Лучше здесь хлебать дерьмо, чем там наворачивать медок, — проворчала Листва под нос.
— Не заработали еще на нормальную органику и вкусовые добавки, — веско заметил Иван, присоединяясь к завтраку. — И уж тем более на суп.
— А аванс?
— Он на расходы, а не баловство, у нас вон туалетный накопитель почти переполнился, пора перезаряжать, за воду платить, батарею мяу для синтезатора пора менять. Камера моя опять же.