– Надеюсь, мы не слишком поздно приехали. – Старх первым ступил на мост. – Все-таки несколько часов потеряли. Будьте осторожны, некоторые доски шатаются.
С этими словами он двинулся на другой берег, не забывая приглядывать за подопечными.
– На этом мосту нельзя оглядываться, – сказала серая девушка.
Кажется, ее услышал только Захар, потому что никто больше не отреагировал на это замечание.
– Почему? – спросил он.
– Чужие за тобой перейдут, – пояснила она.
Захар ничего не понял, кроме одного: ему страшно захотелось обернуться и посмотреть на лес. Внутри все так и кричало об этом. Он взглянул на Старха. Тот всматривался куда-то поверх голов, пытаясь что-то различить среди деревьев.
Захар не выдержал, тоже обернулся. Ему показалось, что из леса выходит его же группа. Впереди идет мужчина, напоминающий Старха, за ним еще человек девять с тюками, рюкзаками и походными палками. Они словно не километр через лес прошли, а неделю там скитались. Волосы растрепались, Захар даже смог рассмотреть застрявшие в них веточки. Ему чудилось, что он видит себя. Долговязого, сутулого, в черной одежде – неизменной униформе для случаев, когда можно не думать, как одеваться. А Алина была не похожа на Алину. Захар видел ее совсем не так, добрее, светлее. Та Алина словно выстояла во множестве сражений, прежде чем добраться до реки.
– Быть гостям, – с уверенностью сказала серая девушка и вывела Захара из морока.
– Эй! – позвали их с другого берега. – Давайте быстрее, уже темнеет, а нам еще надо найти семью, к которой договорились подселиться.
Захар потряс головой и ускорился вслед за всеми. Вид с холма на реку открывался еще лучше. Казалось, что жить в таком месте могут лишь те, кто выиграл эстетичную лотерею. И ладно, что тут нет связи, а до ближайшего магазина часов пять дороги.
Домики стояли старые, но по-своему очаровательные. У них не было вычурных крылечек, зато все с лихвой компенсировалось цветниками.
Когда Захар подошел к ближайшему дому, остальные участники группы уже собирали вещи, чтобы распределиться. Старх топтался рядом с недовольной пожилой женщиной, которая отчитывала его, судя по всему, не по первому кругу. Лицо у Старха было терпеливо скучающим.
– Вы так поздно приехали, это никуда не годится! Весь день вас ждали! – Женщина продолжала чихвостить Старха.
– Акулина Игоревна, – сдался мастер. – Мой ответ не изменится, у нас в дороге случился форс-мажор, пришлось вернуться. Мы успели до темноты.
– Успели, как же, уже сумерки опустились. В деревне в это время давно все по домам сидят, а вы сейчас наведете шуму.
– В душ бы сходить… – мечтательно протянула Лана.
– Во. – Акулина Игоревна возмущенно махнула рукой в ее сторону. – В душ уже понадобилось. И зачем я вообще на это все согласилась! Все потому, что позвонили нужные люди и попросили!
Старх спокойно слушал эту тираду и периодически кивал.
– Распределяемся по домам, – сказал он, когда Акулина Игоревна сделала паузу, чтобы вдохнуть. – Наум и Миша идут со мной в дом Стефана Иваныча. Софья, Алина и Галя будут жить с Акулиной Игоревной.
– Мальчиков ко мне в дом не водить! – тут же вставила Акулина Игоревна.
– Было бы кого водить, – фыркнула Галка.
Алина шикнула на нее. А Софья, казалось, вообще не обратила на это внимания, она так и не сняла наушники.
– Стася, Лана и Ясна, – продолжал Старх, проигнорировав комментарий Акулины Игоревны, – будут жить у-у-у…
Он замешкался, пытаясь разобрать написанное.
– Евдокии Микулишны, – закончила за него Акулина Игоревна.
– Ого, – протянула Стася, – прям как в былине.
Захар обратил внимание, что снова остался один, в голове промелькнуло, что его и сейчас забудут и придется спать на крылечке.
– А дядя Костя, – Акулина Игоревна странно оживилась, – приютит последнего. У него дом маленький, как раз на одного есть место.
От имени хозяина дома Захар вздрогнул. Неприятное воспоминание вылезло и снова заставило почувствовать себя не в своей тарелке.