– А как они вообще живут? – ужаснулась Лана.
– Вот именно за этим мы и едем, – продолжила Алина. – Чтобы больше узнать про жизнь, которая буквально законсервировалась. Чтобы сохранить то, что уйдет с последним жителем этой деревни.
Лана замолчала, задумалась о чем-то своем. Ее копия рядом что-то тихо спросила. Лана пожала плечами.
Алина была готова и дальше рассказывать о важности сохранения культурного наследия, но это было уже не нужно. Захар заметил, что внимание аудитории переключилось на пейзаж, который открылся, стоило автобусу выехать из леса. Природа вокруг с лихвой компенсировала все организационные странности. Алина тоже отвлеклась и с жадностью разглядывала каждый из редких домиков, что попадались по пути.
Вдалеке в лучах закатного солнца играла река. Вода искрилась разными цветами и казалась спокойной. Обманчиво спокойной, как и все речные воды.
– Это Дунай? – спросил какой-то молодой человек, которого Захар не помнил.
Светлый, коротко стриженный, он подражал стилю Алины, но совсем не умел носить такую одежду.
– Дунай в стороне, – ответил ему Старх.
– Даже карту не прогрузить, чтобы посмотреть, где едем, – проворчал парень.
– Да и не надо нам этого знать, – сказала ему девушка, которую Захар описал бы как «серая». А еще «странная».
С ней что-то было не так, но что именно, он никак не мог понять. На ее месте будто сидело несколько человек. Какой бред.
– К самой деревне не подъехать, – сказал водитель. – Я вас высажу как можно ближе, но около километра придется пройти самим.
– С чемоданами? – охнула копия Ланы.
Никто не отреагировал. Захар порадовался, что взял рюкзак и сумку, с ними точно удобнее скакать по кустам.
Когда все вылезли из автобуса, уже смеркалось. А идти надо было через перелесок, затем пересечь мост через реку. Там и ждала та самая деревня.
– А разве туда нет дороги? – спросила серая девушка.
– Давно уже нет, – ответил водитель. – Там даже вездеход не всегда проедет.
Старх дождался, когда все соберутся, и повел небольшую группу по тропинке в лес, то и дело останавливаясь, проверяя, чтобы никто не потерялся.
Захар шел последним, рассматривая деревья. Северная природа сильно отличалась от того, что он привык видеть в Московской области. Деревья здесь были внушительные и всем своим видом показывали, что они пережили не одну сотню лет и не одно человеческое поколение. А мох, который окутывал корни и стелился плотным ковром, жил тут еще со времен, когда предки Захара только основывали свой род.
Мелкие сучки и иголки хрустели под ногами, успокаивая лучше любой музыки. Правда, впереди Захар увидел еще одну участницу их выезда, которая не снимала наушников, даже когда водитель давал ценные советы перед тем, как уехать.
Тот, кто сетовал на отсутствие карты, был Наумом. По крайней мере, так его назвала Алина, возмущенная какой-то скабрезной шуткой. Наум не походил на человека, способного так шутить. Скорее, за него можно было принять парня, который шел рядом, постоянно залипал в телефоне и жаловался, что без интернета не прогружаются следующие уровни. О, это чудесное обманчивое первое впечатление.
Сейчас Наум с приятелем шли впереди и подначивали друг друга. Алина вместе с еще одной девушкой шагали рядом со Стархом.
В какой-то момент Захару стало казаться, что в их компании людей больше, чем сидело в автобусе. Кто-то обогнал его, толкнул Лану, та оступилась и тут же начала канючить, что устала тащить чемодан. Серая девушка ей что-то ответила, но смотрела при этом куда-то в сторону, в лес. Хруст веток и иголок стал оглушительным.
– Погодите! – не выдержал Захар.
Все повернулись на него.
К публичным выступлениям Захару было не привыкать, но сейчас он почувствовал себя неуютно. При этом ощущение, будто в группе появились лишние участники, прошло.
– Я ногу натер, – соврал он, чтобы долго не объяснять, что именно его встревожило. – Не успеваю за вами.
Старх кивнул, и группа пошла медленнее.
Очень скоро лес закончился, тропа вывела их к мосту через широкую полноводную реку, за которой стояла небольшая деревня. Дома взбирались на холм и терялись где-то за горизонтом.
– Как красиво, – выдохнула Алина.