Оборона Брестской крепости: читать начало книги онлайн

В 22.55 «находящиеся в Малашевичах бронепоезда докладывают, что к началу наступления не смогут быть в боевой готовности (технические трудности). Данный факт не нарушает планов, так как дивизия все равно на них не рассчитывала»[65].

День 22 июня 1941 года, первый день Великой Отечественной войны (для немцев – германо-советской) и первый день обороны Брестской крепости наиболее подробно описан и в немецких документах, письмах и дневниках, так и в воспоминаниях советских защитников Брестской крепости. Все понимали, что этот день в любом случае войдет в историю и станет вехой Второй мировой войны.

22 июня 45-я пехотная дивизия атаковала при содействии артиллерии 31-й пехотной дивизии XII армейского корпуса генерала инфантерии Вальтера Шрота (1882–1944), погибшего 6 октября 1944 года в автокатастрофе, 4-й немецкой армии генерал-фельдмаршала Ганса Гюнтера Клюге (1882–1944), застрелившегося 19 августа 1944 года после провала заговора против Гитлера. Оба генерала мемуаров не оставили. Зато Шрот стал единственным генералом, получившим 9 июля 1941 года Рыцарский крест за взятие Бреста и Брестской крепости, хотя к взятию крепости он имел весьма опосредованное отношение. К тому же он не был артиллеристом и не планировал артподготовку, сыгравшую важнейшую роль в захвате Брестской крепости. И не он, а Шлипер договаривался о бомбардировке с воздуха 29 июня Восточного форта, что сыграло основную роль в его падении.

22 июня в 4.15 по крепости был открыт артиллерийский огонь. В нем участвовала 2-я батарея 833-го тяжелого артдивизиона, имевшая 2 сверхтяжелые 600-мм мортиры «Карл», которые носили имена богов германо-скандинавской мифологии Один и Тор. Она стреляла фугасными и бетонобойными снарядами весом 1,7 и 2,2 тонны. Снаряд самой крупнокалиберной в мире самоходной мортиры с расстояния 4,5 километра пробивал бетонную плиту толщиной до 3,5 метра или 450-миллиметровую броню[66].

Утро 22 июня, согласно записи в ЖБД 45-й дивизии, было солнечным, с легкой облачностью[67].

День 22 июня был следующим образом описан в журнале боевых действий 45-й пехотой дивизии: «Еще вечером 21.06. в дивизию прибыл офицер батальона особого назначения „Бранденбург“, который должен со своей командой в русской форме захватить мосты перед своими войсками и провести другие подготовительные мероприятия (это был лейтенант Кляйн[68]. – Б.С.). Она должна занять исходные позиции до 3.00 в районе дислокации 130-го пехотного полка»[69].

А вот как первый день войны с СССР представлен в ЖБД 45-й пехотной дивизии: «0.30. До 0.30 все подразделения (за исключением бронепоездов) кодовым словом „Кифхойзер“ докладывают о занятии исходных позиций. <..>

0.45. До 0.45 штабу XII армейского корпуса доложено об окончании занятия дивизией исходных позиций. Начальник таможенной пограничной охраны, которая сейчас подчинена дивизии, докладывает, что приняты все меры для предотвращения препятствий, [могущих возникнуть] из-за бегства гражданского населения.

На русской стороне все спокойно. Слышится обычный шум от работ, проводимых на укреплениях, а также от маневровых локомотивов с железнодорожного вокзала в Бресте.

3.15. Открыт огонь артиллерии по всему фронту. Четко видно, что основная сила огня приходится на полосу наступления дивизии по Брестской крепости. Залповый огонь из тяжелых реактивных минометов, которые по-настоящему здесь используются впервые, пока производит очень сильное впечатление. Как оказалось позднее, огонь тяжелых реактивных минометов по врагу, находящемуся в кирпичных или бетонированных укрытиях, был малоэффективным. (Задним числом стало понятно, что использование шестиствольных минометов против крепостных укреплений было ошибкой. Германские реактивные минометы обладали гораздо меньшей точностью, чем ствольная артиллерия, хотя и превосходили по точности будущие советские „катюши“ (БМ–13). И рассеивание у них было меньше, чем у „катюш“, но все же достаточным, чтобы потопить 4 собственные штурмовые лодки. Вряд ли „Небельверферы“ нанесли большой ущерб защитникам крепости, зато почти все жертвы 45-й дивизии от „дружественного огня“ пришлись на шестиствольные минометы, поскольку дистанция их применения была очень короткой. – Б.С.) <..> Различить выстрелы и разрывы снарядов 60-см мортиры в общей массе огня невозможно. Отдельные столбы огня на территории противника, должно быть, свидетельствуют о попаданиях в склады боеприпасов и горюче-смазочных материалов. Из признаков сопротивления противника за много километров на восток от Бреста видны действия противовоздушной обороны с использованием трассирующих боеприпасов, по-видимому, против нашей авиации, атакующей с малой высоты.

3.19. По приказу атакует пехота на надувных лодках, переправляясь через Буг. Подготовленная операция по захвату железнодорожного моста в неповрежденном состоянии удается. <..>

Одно отделение из 1-й роты 1-го саперно-железнодорожного полка, также задействованное в этом районе, следовало за передовыми подразделениями пехоты. Одна только ударная группа Цумпе, усиленная саперами из 81-го саперного батальона 45-й дивизии, внесла решающий вклад в успех.

Одна ударная группа на велосипедах продвигается по деревянному настилу моста.

3.27. 135-й пехотный полк докладывает, что железнодорожный мост захвачен. Командир дивизии поручает еще раз напомнить о тщательной проверке на предмет оставшихся подрывных зарядов (подрывных зарядов обнаружено не было) и приказывает после проверки доложить в штаб XII армейского корпуса о взятии железнодорожного моста. Об этом одновременно сообщают 31-й дивизии (соседняя дивизия слева).

3.28. 130-й пехотный полк докладывает, что первая надувная лодка достигла противоположного берега, не встретив сопротивления. Сначала переправа обоих полков проходила без помех со стороны врага. Первое препятствие образовалось из-за того, что 4 штурмовые лодки, предназначенные для захвата мостов через Мухавец, были уничтожены в результате прямого попадания своей артиллерии. Невзирая на это, лейтенант Кремерс (лейтенант Йосеф-Хайнрих Кремерс (1919–1941) погиб 22 июня. – Б.С.), 81-й саперный батальон, начинает операцию силами оставшихся лодок. Ему удается достигнуть трех первых мостов через Мухавец восточнее разветвления реки одновременно с подразделениями 130-го пехотного полка <..>. После того как возле дамбы были уничтожены еще 2 лодки, лейтенант Кремерс на последней лодке направляется мимо центральной части крепости, полностью занятой русскими, и под сильным вражеским фланговым огнем занимает последний мост. При водружении флага со свастикой на третьем захваченном мосту он погибает, сраженный выстрелом в голову. <..>

3.45. Продвигаясь по обе стороны от танковой магистрали 1, 130-й пехотный полк большим броском в 3.45 достигает автодорожного моста, расположенного вплотную на восток от Южного острова крепости („мост им. Хиппа“) (в честь командира 130-го пехотного полка. – Б.С.), не встретив сначала существенного сопротивления, и основными силами проникает на Южный остров.

3.55. 2-я рота 81-го саперного батальона вплотную западнее северной оконечности Западного острова начинает с немецкого берега строительство моста (8 тонн) к Северному острову. У железнодорожного моста и в районе запланированного Южного моста (южная оконечность Южного острова) около 5.00 начнется паромная переправа. На упомянутом последнем участке вследствие технических трудностей не удается сделать подготовленный тросовый мостик (из-за разрыва троса).

Отправив в качестве передового подразделения 11-ю роту (на велосипедах), силы III батальона 135-го пехотного полка проникают на Западный остров, и вскоре его мощная ударная группа достигает Центрального острова. Основные силы I батальона 135-го пехотного полка врываются на Северный остров; одновременно подразделения продвигаются дальше в направлении территории центрального железнодорожного вокзала.

4.03. Ia отправляет для XII армейского корпуса промежуточное донесение. В нем сообщается, что наступление началось по плану и что основная масса передовых подразделений переправилась через реку. Истребительная эскадра Мёльдерса в воздушных боях в районе между Бяла-Подляской и Брест-Литовском однозначно достигла превосходства в воздухе в зоне действий дивизии.

4.15. Переправа штурмовых орудий соседней дивизии по железнодорожному мосту. Командные пункты задействованных на передовой пехотных полков, 98-го артиллерийского полка и саперного батальона перемещены к Бугу или на другую его сторону.

4.30. Около 4.30, оправившись от первого шока, враг начинает оказывать сопротивление 130-му пехотному полку. Об этом в 4.38 сообщает и 135-й пехотный полк с дополнением, что полк собирается приостановить наступление в районе железнодорожного разъезда восточнее Северного острова, так как существует необходимость привести подразделения в порядок, а также, прежде всего, зачистки Северного острова. В 4.30 возле Восточного форта Северного острова погибает майор Ольце (Фридрих Ольце (1899–1941). – Б.С.), командир I батальона 135-го полка.

Для защиты от вражеских танковых контратак 45-й истребительно-противотанковый дивизион (без подразделений, отданных в подчинение полкам) в 4.37 получает боевую задачу занять позицию в районе продовольственных складов и находиться в распоряжении дивизии.

В это время в дивизии складывается впечатление, что враг вследствие полной внезапности удара готов оказывать сопротивление только на тех участках, которые не находились под фактическим и психологическим воздействием артиллерийской подготовки, в чем командир убедился лично, посетив позиции 130-го пехотного полка (сопровождающий [офицер] IIa).

Донесения из соседних дивизий, которые почти не встречают сопротивления, не дают оснований полагать, что враг организует сколь-нибудь серьезную оборону.

4.40. Штаб корпуса по телефонной связи ориентирован со стороны Ia следующим образом:

135-й пехотный полк дивизии переправился через Буг. 130-й пехотный полк также хорошо продвигается вперед. Начато сооружение паромов. 2 моста через Мухавец, расположенные вплотную восточнее Южного острова, находятся в руках дивизии. На Северном острове части противника оправились и начали обороняться. <..>

5.00. Офицер связи докладывает XII армейскому корпусу, что складывается впечатление, будто удар корпуса пришелся „в пустоту“. В то же время он доложил, что соседние дивизии встретили незначительное сопротивление врага примерно на одном рубеже с 45-й дивизией.

4.50. 45-му разведывательному батальону в районе южнее фольварка Лобачува приказано быть в боевой готовности и находиться в распоряжении дивизии.

5.00. Дивизии становится известно, что 130-й пехотный полк силами I батальона охраняет район двух мостов через Мухавец восточнее Южного острова, а II батальон перешел железнодорожную насыпь в направлении следующих мостов. Передовая ударная группа лейтенанта Лёра 130-го пехотного полка в 5.10 одновременно с лейтенантом Кремерсом <..> достигла моста на Вульку. При этом захвачено 80 пленных. Судя по первым показаниям пленных, враг полностью застигнут врасплох.

5.00. На командный пункт прибывает главнокомандующий 4-й армией, генерал-фельдмаршал фон Клюге. Ему предоставляют информацию о ситуации, дальнейшие сведения он получает из телефонного разговора с командиром 135-го пехотного полка. Из его замечаний следует, что внезапное нанесение удара полностью удалось по всему фронту армии. Кроме всего прочего, это подтверждается прослушанной радиограммой одной из русских авиационных дивизий, которая на открытой частоте запрашивает, что делать.

[65] 45-я пехотная дивизия (Ia): из журнала боевых действий. Документ № 94 // Брест. Лето 1941 г. Документы. Материалы. Фотографии. С. 245–246.

[66] Комментарии // Брест. Лето 1941 г. Документы. Материалы. Фотографии. С. 635–636.

[67] 45-я пехотная дивизия (Ia): из журнала боевых действий. С. 246.

[68] Там же. С. 246–247.

[69] 45-я пехотная дивизия: запись в приложении к журналу боевых действий. Документ № 3 // Брест. Лето 1941 г. Документы. Материалы. Фотографии. С. 63.