Оборона Брестской крепости: читать начало книги онлайн

17 января 1849 года комендантом крепости был назначен генерал-лейтенант Федор Федорович Бартоломей (1800–1862), остававшийся на этом посту до 1861 года. 9 мая 1850 года крепость посетил цесаревич Александр Николаевич, а 10 мая – сам император. С 1851 по 1860 год в крепости проходили вспомогательные работы. После начала Крымской войны, летом 1854 года, Александровский кадетский корпус был переведен в Москву, так как опасались австрийского и прусского вторжения в Польшу, что могло сделать Брест-Литовск прифронтовым городом, и помещения кадетского корпуса могли пригодиться для размещения войск[17]. Тогда же Брест-Литовская крепость была переведена на военное положение и дополнительно укреплена блокгаузами и рвами, а на обратных скатах валов устроили палисады. В связи с возможностью вторжения Австрии в русскую Польшу Николай I лично разработал план военной кампании. Неприятеля собирались встретить на реках Вепш и Висла и, опираясь на крепости первой линии, дать ему генеральное сражение. В случае неудачи русские войска должны были левым крылом отойти к Брест-Литовской крепости, где император собирался разместить свою Ставку, пополниться людьми и снаряжением и занять оборону по линии реки Буг, угрожая флангу и тылам австрийцев, если бы те стали наступать на Варшаву. В связи с этим Николай писал Паскевичу: «Здесь можем выждать безопасно, на что решится неприятель. Не могу думать, чтоб он отважился перейти Буг, чтоб нас атаковать под стенами крепости, ибо столь дерзкое предприятие могло бы дорого ему стоить, и неудача – повлечь изгнание его из царства, с опасностью иметь нас на фланге и быть прижату к Висле ранее, чем достигнет своей границы… Из сего, кажется мне, ясно вывесть можно, что во всяком случае Брест для нас единственный и важнейший пункт сбора. Отсюда мы можем со всем удобством действовать, как укажут обстоятельства. Прямой путь вовнутрь России нам остается свободным, и потому все, что оттуда мы получать должны: продовольствие, снаряды и даже резервы, могут достигать до армии вполне свободно»[18]. Этот план не был реализован, поскольку Австрия и Пруссия так и не решились вступить в Крымскую войну.

9 мая 1856 года новый император Александр II посетил крепость и осмотрел неоконченную православную церковь и вновь отстроенный госпиталь 3-го класса. Всего на строительство крепости было затрачено 4 599 839 рублей[19]. Рассказывают, что во время одного из своих посещений крепости Николай I поднял кирпич и спросил у одного из сопровождавших его:

Николай сознавал, что в стоимости строительства крепости присутствует значительная коррупционная составляющая, но ничего не мог поделать с коррупцией.

Крепость состояла из цитадели и трёх защищавших её укреплений общей площадью 4 кв. км и периметром главной крепостной линии в 6,4 км. Цитадель представляла собой замкнутую двухэтажную казарму из красного кирпича 16 м высотой 1,8 км в окружности и имела стены двухметровой толщины. Она была возведена по проекту русского архитектора Александра Егоровича Штауберта (1780–1843). Имелись 500 казематов, рассчитанных на 12 тысяч человек. Ниши стен с бойницами и амбразурами были приспособлены для стрельбы из ружей и пушек. На внешней стене казармы полукругом выдавались вперед четыре полубашни, из которых должен был вестись фланговый обстрел атакующего противника. Во внутренний двор укрепления можно было попасть только через четверо ворот, расположенных на одинаковом расстоянии друг от друга. Цитадель находилась на острове, образованном Бугом и двумя рукавами Мухавца. С этим островом подъёмными мостами были связаны три искусственных острова, образованные Мухавцом и рвами. На них размещались укрепления: Кобринское (ранее Северное, самое большое), с 4 куртинами и вынесенными 3 равелинами и капонирами; Тереспольское, или Западное, с 4 вынесенными люнетами; Волынское, или Южное, с 2 куртинами и 2 вынесенными равелинами. В крепости было 8 ворот. Она имела 10-метровый земляной вал с казематами[21].

С прилегающей к крепости территорией предмостные укрепления соединялись мостами с каменными Александровскими (ныне Северными), Михайловскими (Восточными) и Николаевскими (Южными) воротами, встроенными в земляные валы, и Варшавским проездом. Сводчатые проходы ворот закрывались массивными створками, в стенах с обеих сторон были устроены узкие вертикальные бойницы[22].

В связи с созданием Брестской крепости, в городе Бресте, заново отстроенном за пределами крепостных стен, каменные здания разрешалось возводить только в порядке исключения, причем их высота не должна была превышать два этажа, чтобы они не закрывали обзор и сектора стрельбы гарнизону крепости и не служили ориентирами для противника. Позднее по тем же причинам в городе было запрещено возводить высокие фабричные трубы[23].

В период с начала 1840-х до начала 1860-х годов количество военнослужащих в Бресте и крепости составляло 5–6 тысяч человек, и постоянного гарнизона в крепости не было. На вооружении крепостной артиллерии имелись гладкоствольные 24– и 36-фунтовые пушки, полупудовые единороги и мортиры, стрелявшие ядрами, чугунными бомбами и картечью на дальность до 3500 метров. В крепости также размещались арестантские роты для провинившихся солдат. Их содержали в Бригитской казарме и использовали на строительных и хозяйственных работах[24].

В 1862 году Брест-Литовская крепость вошла в состав Варшавского военного округа. После подавления Польского восстания 1863–1864 годов в крепости появился крепостной пехотный полк, для размещения которого использовали здание арсенала. В 1867 году гарнизон крепости состоял из одного генерала, 20 штаб-офицеров, 79 обер-офицеров, 32 военных чиновников, 2 священников и 3588 нижних чинов. Здесь также находились 672 арестанта. Комендантом крепости с 1861 года был генерал от артиллерии Иван Евстафьевич Штаден (1803–1871)[25].

В 1862 году директор Главного инженерного управления генерал-адъютант, инженер-генерал-лейтенант Эдуард Иванович Тотлебен (1818–1884), закончивший службу графом и инженер-генералом, представил военному министру генерал-лейтенанту и генерал-адъютанту Дмитрию Алексеевичу Милютину (1816–1912), будущему графу и будущему последнему российскому генерал-фельдмаршалу, записку, в которой предлагал модернизировать крепости в европейской части России, обеспечив их дополнительными мерами защиты от артиллерийского огня, особенно навесного. Это стало актуальным в связи с появлением нарезных орудий, что повысило точность и скорострельность артиллерии. Тотлебен предупреждал, что высокие каменные казармы и многоярусные башни являются хорошими целями для осадной артиллерии, против которой долго не продержатся. Эдуард Иванович рекомендовал прикрыть каменные постройки гласисами – пологими земляными насыпями, разобрать верхние ярусы казематов и укрыть их толщей земли. Для реализации этой программы требовалось в течение 16 лет выделять по 3 миллиона рублей ежегодно. Но таких денег в казне не было, и поэтому рассматривавший предложение Тотлебена особый комитет военного министерства постановил новых работ в крепостях не предпринимать, а лишь исправить существующие сооружения и привести в боевую готовность. В результате все российские крепости перед Первой мировой войной оказались морально устаревшими, не способными выдержать длительный обстрел осадных нарезных орудий[26].

С весны 1864 года началась реконструкция Брест-Литовской крепости. Главный земляной вал был укреплен дополнительными казематами, насыпаны внутренние траверсы (поперечные валы), построены два пороховых погреба на 5000 пудов каждый и укреплены булыжниками берега Буга и Мухавца. В 1864–1868 годах по проекту Тотлебена в горже (тыльной части укрепления) I и III бастионов Кобринского укрепления возвели Западный и Восточный казематные редюиты (внутренние укрепления). Каждый редюит состоял из контрэскарповой галереи подковообразной формы, рва и вала, в котором размещались двухъярусная казарма, цейхгауз, два пороховых погреба, пекарня, кухня и столовая для нижних чинов. Ров перекрывался капонирами «для ружейной обороны». Гарнизон укрепления состоял из батальона пехоты. Восточный редюит был построен на месте снесенной Тринитарской казармы. Позади редюитов вдоль правого рукава Мухавца были возведены две отдельные батареи, прикрывавшие северную часть оборонительной казармы Цитадели[27].

В конце 1860-х годов севернее крепости проложили железную дорогу Москва – Варшава, из-за насыпи которой образовалась мертвая зона перед Кобринским укреплением. Чтобы ее контролировать, в 1869 году начали строить форт «Граф Берг» и возводить земляную батарею. Это был первый форт Брест-Литовской крепости, вынесенный на 850 м от главной оборонительной линии. Пятиугольный форт состоял из контрэскарповой галереи на напольном и боковых фасах, рва и главного вала, в котором размещались два фланговых капонира, двухэтажная казематированная казарма, соединявшаяся с капонирами аппарелями. В горжевой части находились полукапонир, два пороховых погреба и кухня. Строительство форта «Граф Берг» было в основном завершено в 1872 году. Мощеная дорога связывала его с Кобринским укреплением через Александровские ворота, переименованные в Белостокские. Крепость тогда имела 757 орудий, около половины из которых составляли нарезные 24-фунтовые и 8-дюймовые пушки и мортиры образца 1867 года с дальностью стрельбы до 7000 м. В 1876 году в южной части Кобринского укрепления была построена сводчатая артиллерийская лаборатория с двумя мощными казематами, а на Волынском – «машинное здание» для снабжения водой госпиталя. Архитектурным центром Цитадели стала возведенная в 1878 году гарнизонная Свято-Николаевская церковь, строительство которого обошлось в 300 тыс. рублей золотом[28].

Опыт Франко-прусской войны 1870–1871 годов показал невозможность крепостям противостоять огню нарезной артиллерии. Выход виделся в том, чтобы построить сильные артиллерийские форты, удаленные от центрального укрепления и приспособленные к длительной обороне. Такие форты должны были затруднить обстрел самой крепости. В 1873 году по предложению Тотлебена было решено усилить фортами ряд крепостей, включая Брест-Литовскую. Из-за Русско-турецкой войны 1877–1878 годов работы по укреплению крепостей были отложены. Только в конце 1878 года был утвержден план строительства 7 фортов на расстоянии в 3,5–4 км от Цитадели Брест-Литовска, к которым позднее добавились еще 2 форта. Строительство было закончено в 1888 году. Каждый форт имел гарнизон численностью 250 человек и до 20 орудий. Форты I, II и III имели сухие рвы, а рвы фортов IV–IX были заполнены водой. На Тереспольском укреплении засыпали внутренний ров, а в валу первого бастиона Кобринского укрепления построены Северо-Западные ворота с мостом. Общая длина оборонительной линии крепости достигла 30 км. На обновление и ремонт всех укреплений Брест-Литовской крепости с 1833 по 1882 год потратили 14 миллионов рублей[29].

Летом 1913 года было начато строительство второго кольца укреплений периметром 45 км. На расстоянии 6–7 км от крепости создавалась линия из 11 новых фортов, получивших литерное обозначение А, В, Г, М, Е, Ж, З, И, К, Л, О. В состав этой позиции вошли и старые форты I, VIII (теперь Б) и X (теперь Д), который начали строить в начале XX века. Между фортами собирались возвести опорные пункты, казармы и артиллерийские погреба. В форту «Граф Берг» возводили здание холодильника крепостного типа объемом на 100 тысяч пудов мяса и 2 миллиона порций мясных консервов. До начала Первой мировой войны завершить строительство не успели. Из 16 фортов, которые хотели построить или модернизировать, 5 так и не были начаты, 6 построили наполовину, 2 – на две трети. Только форты А и Ж построили полностью[30].

Во время Первой мировой войны комендантом Брест-Литовской крепости был генерал артиллерии Владимир Александрович Лайминг (1854–1920). 7 ноября 1914 года на территории крепости взорвалась лаборатория зарядки боеприпасов. На воздух взлетело 60 тыс. снарядов. Погибло 120 рабочих, пострадали склады и жилые дома[31].

К тому моменту, когда фронт приблизился к Брест-Литовску, крепость не имела гарнизона и была разоружена. 13/26 августа 1915 года в ходе общего отступления русских армий крепость из-за угрозы окружения была оставлена без боя и частично взорвана русскими войсками. Но при этом номерные форты внутреннего пояса и Цитадель пострадали незначительно. Население Брест-Литовска было принудительно эвакуировано при отступлении, а две трети домов в городе были сожжены или взорваны. В ночь с 12 на 13 августа (н. ст.) 1915 года город и крепость были заняты австро-венгерской 12-й пехотной дивизией[32].

После завершения Первой мировой войны и воссоздания независимого Польского государства 9 февраля 1919 года польские отряды из 22-го пехотного полка полесской группы генерал-майора Антония Листовского (1865–1927) и уланы из Виленской самообороны ротмистра (в дальнейшем – подполковника) Ежи Домбровского (1889–1941) с боем вошли в Брест-Литовск. 1 августа 1920 года части 2-й и 10-й стрелковых дивизий 16-й советской армии бывшего полковника Николая Владимировича Соллогуба (1883–1937) после упорного боя вытеснили из Брест-Литовска 32-й польский пехотный полк Полесской группы генерал-майора, в дальнейшем – генерала брони, Владислава Сикорского (1881–1943). 19 августа в ходе контрнаступления под Варшавой польские войска отбили Брест-Литовск, который по Рижскому миру 18 марта 1921 года остался в составе Польского государства[33].

В 1923 году Брест-Литовск был переименован в Брест-над-Бугом. В межвоенный период крепость использовалась в Польше как казарма, военный склад и политическая тюрьма. Церковь Святого Николая, сильно поврежденная в годы советско-польской войны, в 1924–1928 годах была перестроена в костел Святого Казимира по проекту архитектора Юлиана Лисецкого (1881–1945). В северо-западной части Центрального острова поляки построили гаражи для 25 танкеток 4-го бронетанкового батальона[34]. В западной части Северного острова в 1933–1935 годах были построены две двухэтажные серого кирпича казармы 30-го полка легкой артиллерии, пороховой склад и орудийная и конюшни на четыре батареи[35]. Внутренние форты использовались как войсковые склады, а внешние форты, в подавляющем большинстве своем разрушенные, – для учений гарнизона[36]. В крепости постоянно проживали около 4000 человек, в том числе 250 семей офицеров и кадровых сержантов[37].

Оборона Брест-Литовской крепости польской армией в сентябре 1939 года

1 сентября 1939 года, в первый день нападения Германии на Польшу и начала Второй мировой войны, Брест подвергся бомбардировке люфтваффе. Под ударами оказались аэродром Малашевичи, Брестский вокзал и казармы 35-го и 82-го пехотных полков на Граевке. В дальнейшем Брест и крепость регулярно подвергались налетам с воздуха. Особенно интенсивная бомбардировка была 7 сентября, когда в город прибыл из Варшавы Верховный главнокомандующий маршал Эдвард Рыдз-Смиглы (1886–1941) вместе с Генеральным штабом. После бомбардировки маршал вместе со штабом переместился в форт V.

В казармах крепости в это время располагались маршевые батальоны 35-го и 82-го пехотных полков и ряд других частей, а также мобилизованные резервисты. С севера к городу стремительно приближался германский XIX моторизованный корпус 4-й армии под командованием генерала танковых войск, а в дальнейшем генерал-полковника Гейнца Гудериана в составе 3-й и 10-й танковых и 2-й и 20-й моторизованных дивизий.

Гарнизон города и крепости был подчинён оперативной группе «Полесье», командиром которой 9 сентября был назначен бригадный генерал Францишек Клееберг (1888–1941). Он должен был обороняться на линии Брест – Пинск. Вечером 11 сентября Э. Рыдз-Смиглы покинул Брестскую крепость и направился на Волынь. Его автоколонну прикрывала часть батарей 9-го дивизиона зенитной артиллерии из гарнизона крепости. В ночь с 12 на 13 сентября штаб Клееберга переместился в район Пинска[38].

Начальником гарнизона крепости 11 сентября был назначен отставной бригадный генерал Константин Плисовский (1890–1940), посмертно произведенный в дивизионные генералы. Подчиненная ему группа «Брест» включала в себя маршевые батальоны 34, 35 и 82-го пехотных полков, 1-ю роту маршевого батальона 33-го полка, 81-й, 82-й караульные и 56-й саперный батальоны, 112-ю и 113-ю отдельные танковые роты, имевшие на вооружении по 15 старых французских танков «Рено» FT–17, взвод танкеток из 6 TKS, 9-й автомобильный дивизион, 49-й дивизион полевой артиллерии, 3-ю зенитную батарею, караульную роту, роту связи и отдельные группы офицеров и солдат различных родов войск и медико-санитарной службы. Всего в этих частях и подразделениях насчитывалось около 4000 солдат и офицеров. Они имели 18 полевых и 8 зенитных орудий, 36 танков и танкеток и 2 бронепоезда. Плисовский решил оборонять только Цитадель и Кобринское и Тереспольское укрепления, так как на оборону фортов войск не хватало[39].

13 сентября Плисовский приказал эвакуировать из Брестской крепости семьи офицеров и подофицеров, заминировать мосты и подходы к крепости, заблокировать главные ворота танками. В тот же день были отпущены на свободу заключенные крепостной тюрьмы, включая лидера украинских националистов Степана Бандеру.

Рота маршевого батальона 33-го пехотного полка вместе с караульным батальоном и ротой танков заняли северо-западный участок Северного острова до левой стороны Брестских ворот. Батальон 82-го пехотного полка оборонял северо-восточный и восточный участки от Брестских до Кобринских ворот. Маршевый батальон 34-го пехотного полка с караульной ротой занял позиции на Авиационном острове, а батальон 35-го пехотного полка – в укреплениях в южном и юго-восточном секторах Госпитального острова. Артиллерия и частично вкопанные в землю танки были сосредоточены на северном направлении. На валах оборудовали пулеметные гнезда и отрыли окопы полного профиля. Штаб Плисовского разместился в железобетонном укрытии внутри Цитадели, где находилась телефонная станция. Солдаты 56-го саперного батальона заминировали подъезды к крепости, мосты, ведущие на Центральный остров, и подступы к Цитадели[40].

На Брест из Восточной Пруссии наступал 19-й танковый корпус генерала Гейнца Гудериана, который должен был соединиться с германской группировкой, двигавшейся с юга. Гудериан хотел захватить город Брест, чтобы не дать защитникам крепости отступить на юг и соединиться с основными силами польской оперативной группы «Нарев». Немцы превосходили защитников крепости в людях в 2 раза, в танках – в 4 раза, в артиллерии – в 6 раз. 13 сентября немецкие разведывательные подразделения вышли в район Брестской крепости. В тот же день Плисовский сообщил Клеебергу, что немцы обходят Брест с северо-востока, чтобы выйти к позициям польской дивизии «Кобрин». Для противодействия обходному маневру Плисовский выслал в восточном направлении бронепоезд № 55 «Барташ Главацки», который в районе Жабинки высадил взвод танкеток для разведки в сторону моста через Мухавец. Танкетки вступили в бой с разведывательными бронеавтомобилями немецкой 3-й танковой дивизии. Три польские машины были подожжены, а две отошли. Затем немецкие бронеавтомобили были остановлены огнем бронепоезда. Но, опасаясь быть отрезанным от Бреста, командир бронепоезда капитан Анджей Подгурский предпочел вернуться в город.

Одновременно бронепоезд № 53 «Смелый» под командованием капитана Мечислава Малиновского провел разведку в направлении Высокого на север, где обстрелял танки 10-й немецкой танковой дивизии, а потом вернулся в Брест. Не сомневаясь, что немцы вскоре захватят брестский железнодорожный узел, Плисовский отправил оба бронепоезда в Ковель.

14 сентября 3-я танковая дивизия генерал-лейтенанта, а в дальнейшем генерала танковых войск барона Лео Гейера фон Швеппенбурга (1886–1974) захватила Жабинку, перерезав железные дороги на Кобрин и Барановичи, и вступила в перестрелку с патрулями дивизии «Кобрин». В полдень 10-я танковая дивизия генерал-лейтенанта, а в дальнейшем генерала-танковых войск Фердинанда Шааля (1889–1962) без боя заняла Брест, и в том числе железнодорожный вокзал. 20-я моторизованная дивизия генерал-лейтенанта, а в дальнейшем генерала инфантерии Морица фон Викторина (1883–1956) наступала от Волчина вдоль правого берега Буга к крепости. Передовые подразделения 3-й танковой дивизии обошли город с востока и подходили к Бугу.

Разведывательный батальон и 8-й танковый полк 10-й танковой дивизии при поддержке люфтваффе атаковали Кобринское укрепление. Атака была отражена огнем противотанковых ружей, артиллерии и танков 112-й танковой роты под командованием поручика Ежи Островского. Польские танки заблокировали Брестские ворота. В 150 м позади ворот находилась позиция батареи зенитных орудий подпоручика Анджея Блешинского. Несколько германских танков подорвалось на минах. Во второй половине дня немецкие 77 танков 8-го танкового полка атаковали позиции польской 113-й танковой роты поручика Вацлава Стокляса, оборонявшейся на огородах Северного острова. Все 12 польских танков FT–17 были подбиты, но и эту германскую атаку удалось отразить. Ночью поляки совершили вылазку и подбили несколько танков.

15 сентября 10-я танковая дивизия наступала вдоль шоссе Чернавчицы – Брест, 20-я моторизованная – вдоль правого берега Буга, 3-я танковая дивизия – с восточной и южной стороны, завершив окружение крепости. У немцев было 154 танка и 260 орудий и минометов. Бой шел весь день. Во время артналетов и воздушных бомбардировок поляки, оставив наблюдателей, уходили в казематы, а в периоды затишья возвращались в окопы. Штурм был отбит, хотя немцы дошли до гребня крепостных валов. Польских раненых через Саперные ворота и Авиационный остров эвакуировали в Тересполь, еще не занятый немцами. В 10 часов утра 16 сентября штурмовые отряды 10-й танковой и 20-й мотодивизии силами двух мотопехотных батальонов при поддержке танков и артиллерии начали новый штурм. К вечеру немцы овладели гребнем вала, но прорваться дальше не смогли. По словам Гудериана, «атака захлебнулась, так как пехотный полк 10-й танковой дивизии не выполнил приказа наступать непосредственно за огневым валом артиллерии. Когда полк, в передовые подразделения которого я тотчас же направился, с опозданием и уже без приказа вновь предпринял атаку, он понес, к сожалению, тяжелые потери, не достигнув успеха»[41]. Большой урон немецким танкам нанесли два поставленных в воротах крепости танка FT–17, которые также были подбиты. Всего с 14 сентября было отражено 7 немецких атак. При штурме был смертельно ранен адъютант Гудериана подполковник Браубах. Но у осажденных, потерявших до 40 % бойцов убитыми и ранеными, уже заканчивались боеприпасы[42].

В 17 часов 16 сентября Плисовский созвал совещание командиров участков обороны, на котором было решено: «Не видя возможности дальнейшего удержания крепости и оценивая, что уход из нее не нанесет вреда всей операции», покинуть крепость через еще свободный путь на Тересполь – Кодень. В ночь на 17 сентября получивший осколочное ранение Плисовский отдал приказ покинуть крепость и перейти через Буг на юг. По неповреждённому мосту войска ушли в Тереспольское укрепление и оттуда в Тересполь на западном берегу Буга. Часть отступавших во время ночного марша на Тересполь заблудилась и попала в плен. Однако большинство прибыли в место сбора в район Кодня. Около 2000 польских солдат и офицеров группы «Брест» под командованием начальника штаба группы «Брест» подполковника, а в дальнейшем полковника Алензы Хорака (1891–1943) продолжали сопротивление на Люблинщине до 1 октября[43]. Хорак участвовал в подпольной Службе Победы Польши, будущей Армии Крайовой, подчинявшейся польскому правительству в изгнании, был арестован немцами и расстрелян 12 февраля 1943 года.

[17] Орлов В. Указ. соч.

[18] Бешанов В.В. Брестская крепость. Правда о егендарной обороне. М.: Яуза-каталог, 2021 [Электронная версия]. С. 55–56.

[19] Орлов В. Брестская крепость: личный проект императора Николая I // Дилетант, 2020, 12 декабря, https://diletant.media/articles/45299960/?ysclid=mex8old71k431465109 (время обращения: 24 марта 2025)

[21] Бешанов В.В. Указ. соч. С. 36–39.

[22] Там же. С. 48.

[23] Там же. С. 49.

[24] Там же. С. 52–53.

[25] Бешанов В.В. Указ. соч. С. 64.

[26] Там же. С. 65–66.

[27] Бешанов В.В. Указ. соч. С. 67.

[28] Бешанов В.В. Указ. соч. С. 69–70.

[29] Там же. С. 75–76.

[30] Бешанов В.В. Указ. соч. С. 89, 96, 99.

[31] Там же. С. 105.

[32] Там же. С. 112.

[33] Бешанов В.В. Указ. соч. С. 126, 129, 130.

[34] Там же. С. 137–138.

[35] Там же. С. 139.

[36] Там же. С. 141.

[37] Там же. С. 144.

[38] Бешанов В.В. Указ. соч. С. 148–149.

[39] Бешанов В.В. Указ. соч. С. 149–150.

[40] Бешанов В.В. Указ. соч. С. 150–151.

[41] Гудериан Г. Воспоминания солдата / Пер. с нем. Смоленск: Русич, 1999. С. 111.

[42] Бешанов В.В. Указ. соч. С. 154–155.

[43] Бешанов В.В. Указ. соч. С. 156, 160.