Снег скрипел под ногами, дым из труб поднимался прямыми столбами – верный признак того, что с домовыми духами здесь все в порядке. Крепкие приземистые деревянные дома жались друг к другу, словно грелись в общей компании. На заборах висели обереги. Простые, но добротные. Видно было, что здесь жили люди, знающие толк в магии быта.
Я прошла мимо дома старосты (узнала по резному знаку на воротах) и свернула к окраине. Туда, где, по слухам, жил шаман.
Дом Иску стоял чуть в стороне от остальных. Не так, чтобы уж совсем отдельно, но достаточно, чтобы чувствовалась граница. Над крышей кружила пара воронов. Дверь была закрыта, но на пороге лежал свежий снег – нетронутый, будто никто не выходил с утра.
Я постучала. Раз. Второй. Третий.
Тишина.
– Может, он спит? – пробубнила я себе под нос.
– Не сплю, – раздалось из-за двери, и я чуть не подпрыгнула.
Дверь тут же распахнулась.
Иску Ломполу был… высоким. Это первое, что я заметила. Широкоплечий, с черными волосами, заплетенными в небрежную косу, с лицом, на котором застыло выражение человека, которого потревожили среди важного ритуала. Или среди завтрака. Приблизительно одно и то же. У него были серые глаза. Холодные, как зимнее небо перед метелью.
– Кто вы? – спросил он низким и чуть хрипловатым голосом.
– Тийва. Тийва Ракконен. Я… э-э-э… новенькая. Только переехала.
– И?
Я сглотнула. Он смотрел на меня так, будто ждал объяснений, но не торопил. Просто смотрел. И это было как-то хуже, чем если бы он сразу начал кричать.
– У меня для вас кое-что есть.
Я достала из сумки бубен. Иску посмотрел на него. Потом на меня. Потом снова на бубен.
Мне уже бежать или можно через пять минут?
– Это мой, – сказал он.
– Да.
– Как он у вас оказался?
– Мой олень… украл его.
Ужасно. Но лучше сказать правду.
Тишина. Долгая, тяжелая, неудобная.
– Ваш олень, – повторил Иску, – украл… мой шаманский бубен.
– Да.
– Зачем?
Я оторопела.
– Не знаю! Он вообще много чего ворует. В основном… блестящее. Но иногда – и неблестящее. Он непредсказуемый.
Иску взял бубен, осмотрел его, провел пальцами по коже, проверяя узоры. Я стояла и молилась всем духам тундры, чтобы там не было повреждений.
– Цел, – наконец произнес шаман.
Я с облегчением выдохнула: