Тайна старой квартиры: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Федор должен ответить? Или старая горничная? За то, что служили вам верой и правдой?

— Заткнись! — крикнул Иван. — Они все виноваты, что служили этому режиму, что смирились с ним.

Иван вернулся в безумии и занес нож над головой Федора Ильича. Алексей бросился вперёд. Дальше всё произошло слишком быстро. Фёдор отшатнулся. Иван выругался, резко развернулся и в руках его блеснуло лезвие. Алексей успел перехватить его руку возле запястья, и они вместе ударились о стол.

На пол полетела посуда.

Иван оказался сильнее, чем выглядел. Он рванул руку, пытаясь освободиться, Алексей ударил его плечом, прижал к стене, но тот неожиданно вывернулся и локтем попал Воронову под рёбра.

Воздух вышибло из груди. Алексей согнулся от боли практически пополам. Этого мгновения Ивану хватило. Он оттолкнул его, метнулся к двери и выбежал во двор.

— Стой!

Алексей бросился следом. На пороге едва не споткнулся о чёрного кота, который зачем-то зашел в помещение, но вовремя того заметил. Алексей огляделся торопливо, но во дворе никого не было. Только у самой арки мелькнула тёмная фигура. Мелькнула и исчезла в темном проеме. Иван бежал к Фонтанке.

Алексей обернулся на Фёдора. Старик медленно опустился на табурет, прижимая рукой рану.

— Я вернусь! — обещал Воронов и вылетел из дворницкой.

Глава двадцать четвертая Черная вода Фонтанки

Глава двадцать четвертая Черная вода Фонтанки

Иван почти достиг арки. Алексей видел только его спину — тёмное пальто, распахнувшееся на бегу, вздрагивающие плечи, коротко мелькавшие подошвы ботинок на мокрых камнях, — и почему-то именно эта спина казалась сейчас самым невероятным из всего, что произошло за последние минуты.

Аграфенов. Иван. Он же — Митя. Это имя, как приговор произнесенное раненым Федором, всё ещё стояло в ушах. Митя. Не Иван Аграфенов — весёлый стажёр из редакции, который спорил с наборщиками о футболе, смеялся над редакционными историями, таскал гранки из комнаты в комнату и без приглашения садился на край стола Воронова, чтобы рассказать ему очередной анекдот.

Митя Горский, тот самый мальчик, сын ювелира.

Алексей вылетел со двора следом за ним, пытаясь догнать, остановить. За аркой в грудь Воронову ударил ветер.

После тесного двора-колодца набережная показалась огромной и непривычно светлой из-за зажженных в столь поздний час фонарей. Они вытянулись вдоль чёрной воды редкой цепочкой, в мокром граните дрожали жёлтые отражения, где-то далеко звякнул трамвай, а над рекой висел туман. Он был не слишком густой, но его хватило, чтобы дальние дома казались нарисованными углём по серой бумаге.

Иван свернул направо и побежал вдоль реки по тротуару.

— Стой! — закричал Воронов и крик его получился нелепым. Конечно, Митя не остановился.

Алексей прибавил ходу. Бежать по мокрой мостовой было трудно. Подошвы скользили, дыхание почти сразу сбилось, а бок, куда несколько минут назад пришёлся удар кулаком Горского-Аграфенова, отозвался острой болью. Воронов стиснул зубы и продолжал бежать. Расстояние до Ивана оставалось шагов в двадцать. Воодушевленный этим, Алексей что есть сил ускорился, сокращая метры между ними.

Иван оглянулся. В это мгновенье свет фонаря выхватил из темноты его лицо, и Алексей успел разглядеть выражение на нем. Он ожидал увидеть страх или злость. Или ту страшную пустоту, которая появилась на лице Аграфенова в каморке после слов Фёдора. Но увидел Алексей совсем другое — растерянность, почти отчаяние. Будто Иван сам не понимал, куда и зачем бежит.

— Иван!

Тот снова бежал прочь.

— Иван, стой!

Никакого ответа.

Они миновали очередную парадную, из которой как раз выходила пожилая женщина. Она испуганно отшатнулась к стене, прижав к груди свёрток. Какой-то мужчина в кепке обернулся им вслед.

Город продолжал жить свою жизнь и это поражало Алексея больше всего. Где-то люди ужинали, кто-то ругался на коммунальной кухне из-за керосина. Кто-то возвращался с работы после тяжелой смены, в трамвае наверняка дремал кондуктор.

А здесь, на мокрой набережной Фонтанки, один человек убегал от другого, неся с собой тайну старого дома, которая хранилась там десять лет.

Алексей снова ускорился, догоняя преступника. Теперь он слышал дыхание Ивана. Тот тоже устал, это было заметно. Угол пальто зацепился за металлическую ограду, Иван рванул его, выдирая клок, и едва не упал.

— Стой, чёрт тебя дери!