По коже Лэйми побежали крупные мурашки. Он не знал, живое ли это место на самом деле, но оно, определенно, обладало своей разумной волей. И эта воля противостояла воле Мроо. Что, впрочем, вовсе не значило, что она дружелюбна к ним.
– Мы быстро берем оружие и уходим отсюда, – решил Охэйо. Никто и не подумал ему возражать.
5.
Как сказал Охэйо, одной батареи хватало на 24 выстрела – а в кармашки портупеи их входила дюжина. Впрочем, они набили батареями и карманы – сколько поместилось – и кроме двух излучателей для себя прихватили ещё пару – на всякий случай.
Вооружившись и закрыв дверь, они вернулись к подводной лодке. Лэйми уже хотел забраться внутрь, но Алина взяла юношу за руки, рассматривая его.
– Постой, – тихо сказала она. – Быть может, мы все скоро умрем, но ты спас мне жизнь. И ты очень красивый. Хочешь?..
Лэйми смутился, опустив взгляд. Её нагая грудь слабо отблескивала золотом в теплом искусственном свете. Большие глаза в тени массы вьющихся черных волос казались таинственными и темными. Вдруг юноша слабо улыбнулся.
– Послушай... ты тоже мне нравишься, но я люблю другую девушку, так что... Извини. Можешь попросить Охэйо, если захочешь...
Алина улыбнулась.
– Ты мне нравишься больше. Нет, в самом деле. И я постараюсь, чтобы ты... полюбил меня. А пока веди нас.
Лэйми невозмутимо кивнул, решительно скользнув в люк.
Обратное плавание оказалось несложным – течение несло их. Когда они всплыли в главной шахте, он потянулся к кремальере, но Охэйо схватил его за руку.
– Постой. Там, снаружи – нормальное давление. Если ты откроешь люк – тебя просто выкинет наружу. Потом у всех нас закипит кровь. И мы...
– Что?
– Умрем.
– Что же нам делать?
– Надо стравить воздух... потихоньку. Я плохо разбираюсь в правилах декомпрессии, но мы были внутри недолго. Думаю, наша кровь не успела насытиться азотом.
Аннит осторожно приоткрыл клапан. Воздух тотчас резко зашипел и он, насколько мог, привернул кран, однако не закрыл его полностью.
Несколько минут они сидели молча, пытаясь почувствовать, не кипит ли их кровь. Но всё, что они ощущали, – влажная жара и боль в ушах.
Алина сидела возле Охэйо, прижимаясь к нему всё теснее. Её легкие ладони скользили по плечам и груди юноши. Потом она провела рукой по его животу – сверху вниз – и прошептала:
– Ты красивый, почти как твой друг. Давай займемся любовью? Сначала ты, потом он. Или наоборот.
Лэйми густо покраснел. Охэйо отвернулся. Алина обняла его сзади, прижалась к лопаткам холмиками груди, сжала зубами мочку его уха, легко и быстро, как белка, покусывая её. Аннит довольно грубо отпихнул её, но она не унималась.
Лэйми растерялся. Наглое бесстыдство Алины – одной из наложниц Председателя, между прочим! – привело его в ярость. Однако, он не знал, проживут ли они ещё хотя бы несколько часов, – и вовсе не хотел, чтобы она и Охэйо поссорились.
– Ладно, я согласен, – ответил он хмуро, и Охэйо оставалось только присоединиться к ним.
6.
Они втроем устроились в проходе, на своей же сброшенной одежде, ласкаясь, скользили друг по другу ладонями, не особенно разбирая, кто тут девочка, а кто – мальчик. Алина ускользала от них, дразнила их быстрыми прикосновениями, пока они окончательно не ошалели. Тогда она приняла их – обеих сразу, упираясь пальцами расставленных босых ног в пол и сжав поднятыми руками кремальеру люка. Её гибкое тело трепетало между их тел, она всхлипывала от пронзительного наслаждения, закинув голову на плечо Охэйо. Лэйми нравилось любить её так – нагим, стоя...
По всему его телу прошла волна судорог, туго сжимая трепещущие от ослепляющей истомы мускулы... и по телу Охэйо... Алина рывком изогнула стан и вскрикнула, замерев на миг... несколько последних бешеных содроганий... и клубок из трех влажных тел распался.
С минуту они отдыхали, прижавшись друг к другу и часто дыша. Лэйми всё ещё чувствовал цепенящую паутинку особенно глубокого, нежнейшего наслаждения. Потом он отстранился от девушки, словно проснувшись. Его щеки потемнели от запоздалого стыда и он не знал, куда девать глаза. Однако, ему было очень легко и хорошо, и даже возможная смерть теперь совсем не казалась страшной.
Глава 12: Осень Огня
Гитоград, 0-й год Зеркала Мира,