— Хьютай. Хьютай Вэ-ру. Моя Старшая Подруга.
— Она… она красивая?
Анмай так смутился, что не смог ей ответить.
— И вы сильно любите друг друга?
— Мы связаны жизнью и смертью. Это больше, чем ты можешь представить себе, Ювана!
Она хмуро рассматривала его, потихоньку придвигаясь все ближе, пока не коснулась едва зажившей раны на его груди. У Вэру вдруг перехватило дыхание. Несколько секунд он не мог двинуться или сказать что-нибудь и девушка вдруг отпрянула, взглянув в его мучительно расширенные глаза.
— Прости, я не хочу причинять тебе боль. Но я вижу, что тебе плохо… я хочу просто побыть вместе с тобой. Я прошу… не прогоняй меня.
Анмай едва не рассмеялся — он не мог ни остаться наедине с этой девицей, ни указать ей на дверь. Нельзя обижать девушек — хотя бы из простой осторожности.
— Я… В общем, если хочешь побыть здесь, можешь посидеть у стенки. На большее рассчитывать не стоит, — он погасил свет и сам сел у стены, с другой стороны от девушки.
— Ты не такой, как остальные юноши, — тихо сказала она.
— Мой род происходит не от приматов, — ответил Анмай. Невесть отчего, его задело упоминание об «остальных юношах».
— А от кого же?
— От кошек. Ваш род создала страшная война между людьми и кошками — она шла несколько десятков тысяч лет. Она же создала мой род — только не человек вышел из нее победителем.
Ювана рассмеялась — беззлобно, с вызывающей смелостью.
— Почему?
— У хищных кошек более высокая энергетика и органы чувств гораздо совершеннее, чем у приматов. И они оказались умнее, чем в вашем мире. Так чаще всего и бывает. Хищник всегда умнее своей добычи. Правда, чтобы стать разумным, ему нужен высокий интеллект добычи и хотя бы приблизительное равенство ее сил с охотником.
— Почему же ты меня боишься? — как-то вдруг Ювана оказалась под его боком. Ее маленькие ладони коснулись его плеч, с невинным любопытством скользнули по телу…
Вэру захотелось вытянуться на километр — от удовольствия — или, быть может, от уже забытого счастья…
— Хьютай далеко, — зашептала Ювана в его ухо. — Я же вижу, ты… я тебе понравилась.
Он слабо улыбнулся, осторожно отстранив ее. Их глаза оказались совсем рядом.
— А ты когда-нибудь любила?
Ювана задумчиво закатила глаза.
— Ну, не знаю. Это смотря каким образом…
— По-настоящему. Когда ты готова отдать за любимого жизнь — и он за тебя тоже.
Девушка вдруг нахмурилась.
— Нет. Так — никогда. Да я и парней таких не встречала — разве что…
Ее лицо приняло вдруг отчужденное выражение. Отпрянув от него, она спешно завернулась в покрывало и легла, растянувшись прямо на упругом пластмассовом полу. Анмай какое-то время бездумно смотрел на нее, потом глубоко вздохнул и растянулся рядом, стараясь не касаться ее бока. Ему было очень спокойно и уютно рядом с ней.
Бледный отблеск неправдоподобно высоких выступов Засолнечной Стены, сияние лун и мерцание приборов наполняли рубку призрачным, почти рассветным светом. Ювана спала очень тихо, положив голову на руку. Ее глаза были закрыты, лицо спокойно. Она дышала беззвучно, приоткрыв рот. Вэру хотелось, чтобы эта ночь длилась вечно. Но он очень быстро уснул.
На рассвете его разбудили теплые руки Юваны, мягко скользившие по нему. Анмай потянулся к девушке… потом вдруг отпрянул, вжимаясь в выгнутую стену, часто и глубоко дыша. Его била крупная дрожь.
— Что с тобой? — удивленно спросила Ювана. — Чем ты так испуган?