Но все эти сравнения промелькнули в голове Агаты, которая продолжала играть свою роль — идеальной девушки. Ведь по признанию всех мужчин Глостера и прилегающих усадеб она была чудо как хороша. Ее волосы золотого цвета приковывали взгляд, как и правильные черты лица. Светлую, однако, без веснушек кожу и аккуратный нос она унаследовала от своей матушки. А вот чувственные пухлые губы и зеленые глаза от прадеда, который, если верить слухам, был настоящим сластолюбцем и покорителям дамских сердец. В результате чего он закончил свою жизнь в очень раннем возрасте, оставив после себя молодую вдову. Его жизнь оборвала дуэль. И защищал он увы не честь жены, а бился на шпагах за свою возлюбленную. Конец лорда Крейна был печален, а род был лишен титула за вскрывшиеся после кончины лорда махинации. Эту страницу истории пытались забыть все Крейны. Но даже отъезд из Глостера деда девушек не уменьшил интереса к событиям далекого прошлого.
Так что супруги Крейн по возвращению в Глостер были взяты в осаду. Соседи спешили засвидетельствовать свое почтение, помня то время, когда половина Глостера и его земель принадлежала лорду Крейну. Правда все же прошедшие годы уменьшили интерес, да и молодая и при этом решительная хозяйка поместья старшая сестра Крейн из-за своего прямоты многим не нравилась. И лишь старик Флетчер, отметивший свое столетие, порой бормотал себе под нос, что мисс Катрин пошла в прадеда характером и ждал от нее поступков, присущих ее предку. И благоразумие девушки он считал только маской, подозревая что авантюрная сущность Крейнов еще проявит себя.
Что же касается Софи, которая, казалось, проигрывала во внешности старшим сестрам, по мнению многих, была предпочтительнее в беседе, нежели Агата и тем более Катрин. И молодые парни порой предпочитали общество этой юной, веселой и милой малышки, опасаясь красоты ее средней сестры и острого язычка старшей мисс Крейн.
- Софи, не забывайся, - тихо, но укоризненно произнесла миссис Прайс, услышав упоминания скотного двора, да еще в сравнении с местными куриц… местными дамами.
Софи уныло кивнула, вспомнив, что они не просто так отправились в город, а вышли на тропу войну, которую испокон веков ведут женщины в поисках брачных уз.
Так что другие сверстницы в этой войне были соперницами. А заканчивалась баталия взятием в плен обеспеченного и желательно титулованного пленника.
Миссис Прайс обладала гренадерской фигурой, так что она с легкостью растолкала других дам и пробилась к мисс Стобс, которая и собрала вокруг себя воркующих дам.
- Настоящий лорд, из самой столицы. Как посмотрел на меня, я едва в обморок не упала. - Маленькая тщедушная мисс Стобс часто падала в обморок, забывая порой, что она уже лет двадцать как не дебютантка. И ее попытки упасть без сознания в объятия молодых джентльменов выглядели просто смешно. И если миссис Прайс второй раз вдовствовала, то мисс Стобс так и не успела обзавестись супругом. Первый ее жених умер на войне, а второй будучи изрядно пьяным упал с лошади и разбился насмерть.
Ну а в третий раз никто не решился связываться с дочкой Стобса. Девушка погоревала, а затем превратилась в изрядную сплетницу, с радостью, а порой и злостью полоща чужое белье в проруби сплетен и наговоров.
- Лорд?
- Да неужто из самой-то столицы?
- Точно. Сумки и саквояжи из андроской гадюки, а чемодан из орехового дерева. Тяжеленный такой чемодан, резной. Его с трудом двое слуг сняли с кареты.
Дамы охали, всплескивали руками и обмахивались веерами, чтобы скрыть истинную заинтересованность и жадный блеск в глазах, оценивая в голове стоимость и чемодана, и саквояжа.
- А лет тому ему сколько. Не старик ли?
- Один пожаловал или с супругой?
- Неужто он в вашем доме остановился?
Вопросы сыпались на мисс Стобс со всех сторон, и женщина чувствовала небывалый подъем, когда степенно, не торопясь, чувствуя свою важность, она отвечала на вопросы.
- В нашем доме, - мисс Стобс выразительно поджала губы, выражая этим жестом всю глупость прозвучавшего вопроса. - Он же лорд! Он арендовал поместье Высокие дубы. Хотя он пожаловал только с двумя слугами и своим родственником — молодым довольно симпатичным джентльменом... Но он еще не стар, хотя ему и не мало лет. Да при чем тут родственник, я говорю о лорде. Высокий и статный, сразу видна порода. Не старше сорока, но скорее младше. Но точно старше тридцати. А взгляд, с таким взглядом королевским дознавателем работать. Прибыл он без супруги. Отец пытался узнать ждать ли нам прибытие других членов семьи и он ответил нет. Сказал месяц здесь отдохнет и снова вернется в столицу.
Агата и София, услышав о двух предполагаемых холостых мужчинах, сразу оживились. Они жаждали выйти замуж. И если София согласна была провести всю жизнь в Глостере, в этом живописном крае. То Агата лелеяла мечту не только о любви и успешном замужестве, но и мечтала о столице и балах при королевском дворе.
И миссис Прайс была нацелена осуществить все мечты сестер Крейн и даже более того, она была намерена осуществить и те мечты, о которых они и сами не подозревали. Ведь она отлично знала, что требовалось для счастливого брака.
- Девушки, на выход.
Миссис Прайс после многих лет брака с военным умела молниеносно разрабатывать стратегию и тактику военных сражений. И главное в сложившейся ситуации было первыми попасть на глаза гостям из столицы, а еще лучше успеть очаровать их, пока с этой миссией не справились другие дамы, жаждавшие удачно пристроить своих дочерей.
- Быстро в карету! - приказала она.
- Так леди не пристало бегать, - напомнила одна из воспитанниц.
- Так бегите степенно, мисс Софи.
Со стороны наблюдать за миссис Прайс было истинное удовольствие. Ведь в почтенной даме было не меньше метра восьмидесяти. Она была крупной и упитанной, но отнюдь не полной. Высокая прическа и маленькая шляпка добавляли ей еще десять сантиметров росту. Но главное в этой женщине была осанка и ее командный взгляд. Молодые щеголи и почтенные дамы Глостера предпочитали уступить ей дорогу, опасаясь, что наставница сестер Крейн сметет их как таран, пробив щель в стене.
Причем миссис Прайс удавался ее степенный бег, а вот сестры смешно подпрыгивали, пытаясь не отстать от своей наставницы.
Кучер, не скрывая восхищения, смотрел на статную даму. В поместье Крейнов никто из слуг не смел пренебрегать миссис Прайс. Ее уважали, ее боялись и ей подражали. И только дворецкий мистер Лукас не скрывал своего недоверия к этой даме. Хотя до открытой конфронтации у них так дело и не дошло. Каждый из них умел и взглядом продемонстрировать свое отношение, не прибегая к бранным словам и склокам на потеху другим слугам и хозяйкам.
- Быстро в карету! - поторопила она воспитанниц.
Сестры не понимали причин спешки, но благоразумно не спорили с миссис Прайс. Когда она щурила глаза и поджимала губы — это был сигнал, что спорить с ней совершенно невозможно и это напрасная трата времени.