— Защищал? — я усмехнулась, но это был горький, сорванный смех. — Надеюсь, ты сейчас шутишь.
— Это было единственное, что я мог сделать, чтобы держать тебя в безопасности, — его голос был твёрдым, а рука снова коснулась моего запястья.
— Ты врешь, — я резко вырвала руку, чувствуя, как внутри всё дрожит.
— Нет, — его пальцы скользнули к моему подбородку, заставляя меня посмотреть ему в глаза. — Если бы я не вмешался, ты бы сейчас не стояла здесь. И сейчас я буду продолжать это делать.
Я замерла, пытаясь перевести дыхание. Его близость была угрожающей.
— Ты не можешь так просто брать и решать за меня, — сказала я, сжав зубы.
— А кто решит? Ты? — его голос стал тише, но от этого только сильнее врезался в сознание. — Ты готова рисковать жизнью нашего сына?
— Не смей, — прошептала я, чувствуя, как слова застревают в горле.
— Я говорю правду, — его пальцы скользнули вниз, к моей руке, и сжали её чуть сильнее. — Пока ты здесь, ты под моей защитой.
— Я не хочу твоей защиты, — ответила я, глядя ему прямо в глаза.
— Тогда скажи мне, чего ты хочешь, — он наклонился ещё ближе, его голос стал едва слышным, но от этого только сильнее ударил.
Я молчала, не зная, что ответить.
— Я скажу тебе, что будет дальше, — продолжил он. — Ты останешься здесь. Райан будет в безопасности. А я разберусь с тем, что осталось.
— Разберёшься? — я подняла голову, глядя на него с вызовом. — Ты ведь всегда так говоришь, но в итоге всё только усложняется.
Он не ответил сразу. Вместо этого наклонился ближе, и его губы почти коснулись моего уха.
— Ты не понимаешь, — его голос стал шёпотом. — Это не просьба. Это приказ.
Я отстранилась, чувствуя, как гнев захлёстывает меня.
— Ты не имеешь права…
— У меня есть право, — он перебил меня, его тон стал холодным. — Потому что я единственный, кто может защитить вас.
Я смотрела на него, чувствуя, как внутри всё переворачивается. Его слова, его действия, его близость… Всё это было слишком.
— Если ты так уверен, тогда докажи это, — сказала я наконец, стараясь, чтобы голос звучал твёрдо.
Он усмехнулся, но в его глазах было что-то большее, чем просто насмешка.
— Я уже доказал, — сказал он тихо, отступая на шаг. — Просто ты ещё не поняла этого.
Телефон в руке казался тяжёлым, как камень. Я знала, что должна это сделать, но слова словно застряли в горле. Признаться Эвану — было ли это вообще разумно? Но скрывать… скрывать было бы хуже.
Я набрала его номер, и пока шли гудки, сердце стучало так громко, что, казалось, он услышит его через телефон.
— Привет, Дарин, — его голос, как всегда, был спокойным, но тёплым.
— Привет, — мой голос прозвучал неуверенно, и я прокляла себя за это.
— Что-то случилось? — сразу спросил он, уловив моё состояние.
— Эван… Мне нужно тебе кое-что сказать, — я остановилась, стараясь выровнять дыхание.
— Я слушаю, — его тон стал серьёзнее, но не жёстким.