— Потому что он позвонил мне, — ответил он, и я увидела в его глазах нечто, что заставило моё сердце замереть. — Твой отец.
— Нет, — я покачала головой, отступая на шаг. — Ты лжёшь.
— Правда может быть неудобной, но я не лгу, — его голос был резким, но не злым. — Он позвонил мне, потому что ему больше не к кому обратиться.
— Ему не к кому обратиться? — я почувствовала, как слёзы подступают к глазам, но заставила себя не дать им выйти наружу. — Это ты так думаешь? Или он сам так сказал?
— Он попал в ловушку, — сказал Дамьен, игнорируя мой вопрос. — Он знал, что рискует, возвращаясь к Тео.
— Возвращаясь? — мой голос стал почти шёпотом.
— Ты правда не знала? — он посмотрел на меня с удивлением, но это удивление было почти насмешливым. — Твой отец работал под прикрытием. Последние несколько лет он пытался разрушить клан Тео-старшего изнутри.
Мои ноги ослабли, и я оперлась на ближайшее дерево, чтобы не упасть.
— Это невозможно, — я покачала головой, чувствуя, как все мои силы утекают.
Он ведь сказал бы мне, если бы все было так? Правда?
Не стал бы так рисковать.
— Последние несколько лет я помогал ему, — его слова прозвучали, как удар.
Я резко подняла голову, глядя на него так, будто он только что признался в убийстве.
— Ты? — мой голос дрогнул. — Ты помогал моему отцу?
— Да, — его тон был спокойным, но в глазах блестела сталь. — Я передавал ему информацию, отвлекал людей моего отца, защищал его, когда он был на грани разоблачения.
— Почему? — спросила я, чувствуя, как слова едва выходят из горла.
— Потому что у нас была общая цель, — его взгляд стал жёстче. — Разрушить империю Тео.
Моё дыхание стало прерывистым, сердце стучало так сильно, что я слышала его удары в ушах.
— Почему ты говоришь мне это сейчас? — спросила я наконец, чувствуя, как нарастающий гнев вытесняет всё остальное.
— Потому что сейчас он нуждается в твоей помощи, — ответил он.
Он потянулся к карману и достал сложенный листок бумаги.
— Это его номер, — сказал он, протягивая мне бумагу.
Я не двигалась.
— Возьми, — добавил он, его голос стал мягче. — Он будет ждать твоего звонка завтра утром. В десять часов.
Я медленно взяла бумагу, чувствуя, как пальцы дрожат.
— И что я должна сказать? — мой голос был почти беззвучным.
— Спроси у него правду, — сказал он, глядя мне прямо в глаза. — А потом решай, что делать.
Я хотела что-то ответить, но он развернулся и ушёл, оставив меня стоять посреди аллеи, зажатую между гневом, страхом и отчаянием.
Бумага с номером сжалась в моей руке.
Я вернулась в коттедж, но ощущение реальности будто ускользало из моих рук. В голове не укладывалось: мой отец под следствием. Он вернулся к Тео-старшему добровольно, как я думала. Но… Работал под прикрытием? Это было слишком.