Горький дым: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Игла. Шовный материал. Зашиваю ложе.

Он работал молча, Николай Рудольфович подавал инструменты, сестра вытирала пот со лба. В операционной было тихо, только слышно было, как скрипят перчатки, да где-то за стеной кашлял больной.

— Кровотечение остановлено, — сказал Петров через полчаса. — Промываю брюшную полость.

— Давление? — спросил он снова.

— Девяносто на шестьдесят.

— Лучше.

Он осмотрел рану — чисто, кровь не сочится. Зашил послойно — сначала брюшину, потом мышцы, потом кожу. Шил старательно, так, как на третьем курсе при экзамене не шил. Эта сосредоточенность на швах — стежок за стежком, — давали ему успокоиться после нервного совещания.

— Готово, — сказал Иван Павлович, откладывая иглодержатель. — В палату. И наблюдать круглосуточно. Если поднимется температура — антибиотики. Нет — жаропонижающее.

Он снял перчатки, вымыл руки, вышел в коридор. Прислонился к стене, закрыл глаза.

— Спасли, — сказал главный врач, подходя. — Спасибо, Иван Павлович.

— Благодарить еще рано, — ответил он. — Первые два дня самые критические, сами знаете.

— Знаю, — кивнул Николай Рудольфович. — Но как вы все сделали — хоть в учебник записывай! Я думаю, все у него будет хорошо. А уж мы проследим.

Иван Павлович постоял ещё минуту, потом посмотрел на часы — половина первого ночи. Жена, наверное, уже не спит, волнуется. Надо возвращаться.

Николай Рудольфович, поняв все без слов, спросил:

— Вас подбросить до дома? У нас машина служебная есть…

— Если не затруднит, — чуть смущённо ответил Иван Павлович — использовать служебную машину в личных целях было неловко.

Проснулся Иван Павлович на следующее утро поздно. Открыл глаза, прислушался. За окном позванивали трамваи на рельсах, где-то внизу хлопала дверь подъезда. Какой-то старик, кажется, дворник, громко выругался, поминая чью-то матушку. Иван Павлович слушал эти звуки, а сам лежал на спине, укрытый одеялом, и чувствовал, как всё тело наливается свинцовой тяжестью. Голова гудела, горло саднило, каждое движение давалось с трудом.

Он попытался сесть — и тут же откинулся обратно на подушку. В висках застучало, перед глазами поплыли тёмные круги.

— Иван Павлович? — Анна Львовна уже не спала, стояла у кровати в тёплом халате, накинутом на ночную рубашку. Она посмотрела на него строго, приложила ладонь ко лбу. — Господи, да у тебя жар!

— Нормально, — прохрипел Петров, и от собственного голоса поморщился. Голос был чужим — сиплым, низким, будто не его. — Просто горло…

— Просто горло? — она наклонилась, достала из тумбочки градусник, сунула ему под мышку. — Лежи. И не спорь.

Он и не спорил. Сил не было. Иван Павлович посмотрел на потолок, где утром играли солнечные зайчики, и подумал о том, что сегодня он должен бы пойти в наркомат. Надобно поговорить с кем-то ещё, убедить, доказать. А вместо этого лежит, как бревно, и даже встать не может.

— Тридцать семь и восемь, — объявила Анна Львовна, вынимая градусник. — Это утром. К вечеру будет больше.

— Не будет, — сказал Петров, но сам не поверил.

— Будет, — отрезала жена. — Я тебя знаю. Ты вчера выскочил из театра разгорячённый, потом на этом совещании… в пальто, в мороз — и без шапки! Я видела, ты без шапки пошёл.

— Шапка была, — соврал он, но Анна Львовна только рукой махнула.

— Была — не была. А теперь лежи. Я малинового чая заварю, горчичники поставлю.

— Не надо горчичников, — простонал Петров.

— Надо, — сказала жена твёрдо. — И не спорь. Еще и в больницу потом, в пальто? Шарф почему не надел? И носки теплые? Время то уже какое — зима полноценная!

— Да я…