В марте 1220 года монгольская армия во главе с Чингисханом захватила один из крупнейших городов Средней Азии — Бухару. Стоявшее в ней 20-тысячное войск хорезмшаха при приближении монголов бежало. Горожане открыли завоевателям городские ворота. Те, кто решил защищаться в крепости, погибли.
В июне того же года Чингисхан осадил другой большой город — Самарканд. В нем стоял большой гарнизон во главе с наместником Алуб-ханом. Началась осада, но в городе нашлись люди, которые открыли врагу городские ворота. В уличных схватках погиб почти весь гарнизон, 30 тысяч хорезмийских воинов. Из Самарканда вырвалась только тысяча конников во главе с Алуб-ханом.
Стойкое сопротивление завоевателям оказал город Ходжент. Его защищал гарнизон во главе с Тимур-Меликом. Когда стало ясно, что город не удержать, он с частью своих воинов отплыл вниз по реке Яксарт, преследуемый по берегу монгольской конницей. Тимур-Мелику все же удалось оторваться от преследователей.
Монголы продолжали захватывать хорезмийские города один за другим: Мерв, Ургенч, Бамиан… После падения Хорезма и завоевания Средней Азии, Чингисхан совершил завоевательный поход в Северо-Восточную Индию, захватив и эту большую территорию. Однако дальше на юг Индостана он не пошел: его все время манили неизведанные страны на закате солнца.
Великий хан основательно прорабатывал маршруты новых походов, и потому послал на запад своих лучших полководцев Джебе и Субэдея с их туменами и вспомогательным войском. Путь их лежал через Иран, Закавказье и Северный Кавказ. Так монголы оказались на южных подступах к Руси, в донских степях.
В Диком поле в то время кочевали половецкие вежи, давно утратившие былую силу. Монголы без особого труда разбили половцев, и те бежали в приграничье русских земель. В 1223 году темники Джебе и Субэдей разбили в битве на реке Калке соединенное войско нескольких русских князей и половецких ханов. После одержанной победы авангард монгольской армии повернул обратно.
В 1226–1227 годах Чингисхан совершил поход в страну тангутов Си-Си. Одному из своих сыновей он поручил продолжить завоевание Китая. Начавшееся в завоеванном Северном Китае антимонгольское восстание вызвало у великого хана большую тревогу.
«Потрясатель вселенной» умер во время своего последнего похода против тангутов, в 1227 году. Арабский летописец Рашид-ад-Дин в своем труде «Летописи» подробно изложил историю образования Монгольской державы и завоевательных походов монголов. Давая характеристику личности Чингисхана, он, среди прочего, написал следующее: «Несмотря на бедственное положение и изобилие трудностей, бед и всевозможных несчастий, он был чрезвычайно отважным и мужественным человеком, весьма умным и даровитым, рассудительным и знающим…»
Александр Ярославич Невский
1220 (или 1221)–1263 годы
Святой и благоверный князь-воитель, отразивший два крестовых рыцарских похода на Новгородскую Русь, сумевший прекратить разорительные набеги золотоордынцев на русские земли.
Князь-полководец, который в злое время золотоордынского ига отразил два крестовых похода на северо-запад Русской земли, куда не дошли конные полчища хана Батыя, родился в стольном городе Переяславль-Залесский в семье князя Ярослава Всеволодовича. Взрослеть ему пришлось рано. Еще мальчиком он вместе со старшим братом Федором, рано ушедшим из жизни, под присмотром ближнего боярина Федора Даниловича был посажен на княжение в Великом Новгороде.
Александр Невский. Миниатюра из «Царского титулярника». 1672 г.
На богатые земли Новгородчины и Псковщины уже давно зарились жадные до наживы немецкие рыцари-крестоносцы, шведские феодалы и близкая Литва. Их побуждало к нападениям и еще одно немаловажное обстоятельство — попавшая под иго Золотой Орды Русь не могла оказать реальной военной помощи вольным городам Новгороду и Пскову.
Еще до Батыева нашествия на Русь, в 1237 году, римский папа Григорий IX утвердил объединение Тевтонского и Ливонского (бывшего ордена меченосцев) орденов. Задачи нового, объединенного рыцарского ордена оставались прежние — продвижение с мечом и огнем на Восток.
Первыми двинулись в поход на Северо-Западную Русь из-за Варяжского моря шведские рыцари-крестоносцы. Королевское войско Швеции возглавили второе и третье лица государства — ярл (князь) Ульф Фаси и его двоюродный брат королевский зять Биргер Магнуссон. Именно им шведский монарх Эрик Эрикссон XI Картавый доверил войско для большого похода на Новгородчину.
Войско шведов (на Руси их называли «свеями») по европейским меркам того времени было огромным — примерно 5 тысяч человек. В поход отправились со своими отрядами крупнейшие католические епископы Швеции. Королевское войско (морской ледунг) вышло из Стокгольма на ста одномачтовых судах — шнеках (каждый нес на себе от 50 до 80 человек). Флотилия пересекла Балтийское море и вошла в устье Невы. Здесь начинались новгородские земли — пятины, а жившее здесь небольшое племя ижорян платило дань Вольному городу.
Войско, отправившееся в поход на Восток, не было чисто шведским. Автор-летописец «Жития Александра Невского» — «самовидец» Невской битвы — упоминает в числе вражеского войска «мурмань». Ею могли быть датские или норвежские рыцари-крестоносцы, отряды из покоренной Швецией западной части финских земель.
Весть о появлении в Невском устье огромной флотилии «свеев» доставил в Новгород гонец старейшины ижорян Пельгусия. Его небольшая дружина несла здесь морскую дозорную службу. Шведы высадились на высоком берегу Невы, там, где в нее впадает река Ижора, и устроили временный лагерь.
20-летний Александр Ярославич, княживший в Новгороде, решил упредить неприятеля и не стал терять время на сбор всего городского и сельского ополчения. Во главе княжеской дружины, в доспехах и всеоружии Александр прибыл на молитву в Софийский собор и выслушал благословение владыки Спиридона на поход против врага.
С небольшим, спешно собранным войском численностью примерно в 1500 ратников — своей дружиной, ополчением Вольного города и воинами-ладожанами он быстро двинулся навстречу шведам вдоль берега Волхова. Конница шла вдоль берега реки. Пешие воины двигались на судах, которые при входе в Неву пришлось оставить.
Новгородское войско, ведомое проводниками-ижорцами, скрытно подобралось лесом к вражескому стану. Шведы проявили большую беспечность, охраняя походный лагерь только со стороны Невы. Нападения с суши, со стороны близкого густого леса, крестоносцы не ожидали, не выставив здесь даже малое число дозорных воинов.
15 июня 1240 года внезапной и стремительной атакой новгородские конные и пешие (они наносили удар вдоль берега реки) ратники сокрушили королевское войско Швеции. В ходе Невской битвы князь Александр Ярославич сразился в рыцарском поединке с ярлом Биргером и ранил его. Шведы потеряли несколько шнеков, а на остальных судах покинули берега Невы.
Так плачевно для шведского рыцарства закончился первый крестовый поход на Новгородскую Русь. За эту блестящую победу князь Александр Ярославич был прозван народом «Невским». Таким он и вошел в историю.
После понесенного разгрома Шведское королевство поспешило заключить с Вольным городом мирный договор. Шведы поклялись, что не будут больше нападать на новгородские земли. Этот шведско-новгородский мир продлился долго.
Из-за обострения отношений с новгородским боярством, не терпевшим сильной власти приглашенного на княжество Александра Ярославича, ему пришлось покинуть Новгород и уехать в родовое владение — Переяславль-Залесский. Однако вскоре вече Вольного города вновь пригласило его на княжение.
Новгородцы хотели, чтобы именно Александр Невский вновь возглавил русскую рать в борьбе с вторгшимися на Русь немецкими крестоносцами. Те уже хозяйничали не только в псковских землях, хитростью с помощью бояр-изменников овладев Псковской крепостью, но и во владениях самого Новгорода.
В 1241 году Александр Невский во главе новгородского войска взял штурмом каменную крепость Копорье. Затем вместе с подоспевшей суздальской дружиной князь овладел Псковом, жители которого открыли перед освободителями городские ворота. Каменная городская цитадель (кром) была взята приступом. Освобождением порубежного города-крепости Изборска было завершено изгнание немецких рыцарей-крестоносцев с русской земли.
Однако по ту сторону Чудского озера находились владения Ливонского ордена, который и не думал отказываться от новых вторжений. В ливонском войске на этот раз оказалось немало «людей датского короля». Монарх Дании Вальдемар II прислал ордену из города Ревеля (ныне Таллин, Эстония) солидную помощь под начальством двух принцев крови — Кнута и Абеля. Самую весомую поддержку орден получил из германских земель и католических епископств Прибалтики.