Когда он ушел, я задрал голову и закрыл глаза, чувствуя нежное прикосновение снежинок, опускавшихся на лицо. Они таяли, застревая в ресницах, и скатывались по щекам.
До Нового года оставалось всего ничего.
От авторов
Дорогие читатели, не секрет, что мы пишем, в первую очередь, для вас. Но вы очень разные, и нам бы хотелось узнать вас поближе. Напишите, пожалуйста, в комментариях, сколько вам лет, хотя бы примерно, откуда вы, что вас беспокоит по здоровью. Для нас эта информацию будет очень полезна, в том числе, по части оздоровительных рекомендаций.
Еще один вопрос касается сюжета. После этой книги Сергею пора в Москву, там начнется развитие сюжета и раздача звездюлей, а также новые вызовы, но раньше окончания зимних каникул ехать туда смысла нет. Отсюда вопрос: хотите, чтобы мы расписали эти каникулы подробно или поскорее уехали в Москву? Решать вам.
И еще одно. Мы давно приготовили вам бонусную главу, но вы, почему-то, не спешите ее получить. Если книга вам все еще нравится, поставьте ей лайк. Спасибо!
Глава 20
Не успел я зайти в здание, как приехали Фроловы. Я неожиданно для себя обрадовался им сильнее, чем думал. Видимо, прикипел душой к детям.
— Дядя Сережа, дядя Сережа! — послышался радостный голос Борьки Богачева, и я расплылся в широкой улыбке.
Спустившись с крыльца им навстречу, гостеприимно завел гостей внутрь.
Семейство Фроловых прибыло в полном составе, все такие счастливые и нарядные.
Но, попав в санаторий, они растерялись и застыли, глядя на огромную оживленную толпу, собравшуюся в холле. У гардероба они начали раздеваться, и я заметил, что Полина приехала в новом, явно непривычном платье, которое она постоянно смущенно одергивала — то подол, то воротничок, то манжеты.
— Ну, здравствуйте, гости дорогие, — радушно сказал я. — Проходите к столу.
— Дядя Сережа, а я зато умею сказать букву «Р-р-Р-ры»! — громко зарычал Борька.
— Вот и замечательно, — похвалил его я.
— А я всегда умел! — возмущенно заявил Андрюха, уязвленный такой несправедливостью, раз хвалят не его.
— Ну, ты у нас вообще молодец, это и так известно, — сказал я, и Андрюха с довольным видом заулыбался.
— А где Пивасик? — спросил Борька, аж пританцовывая от нетерпения. — Я буду его учить стишки рассказывать!
— Пивасик там же, где все остальные гости. Или на кухне, следит, чтобы ничего не сгорело. Он у нас вместо пожарного инспектора.
— А Валера? — спросил Андрюха.
— И Валера тоже. Но я думаю, что сначала мы встретим Новый год, а потом уже вы пообщаетесь с Пивасиком и Валерой, а то пропустите Деда Мороза. А еще здесь есть Степка, это мой друг-первоклашка. Он приехал к нам на Новый год из Казани и в Морках первый раз. Поэтому я очень рассчитываю на тебя, Борька, и на тебя, Андрюшка: покажете Степке, где у нас что находится, и сделаете так, чтобы он не чувствовал себя чужим. Договорились? Возьмете в свою компанию?
— Да, конечно! — с энтузиазмом закричали пацаны.
— У нас тогда, значит, будет своя банда, — воскликнул Андрей. — Я, Борька, Степка, Пивасик и Валера! И еще Ваську можно взять. Он хорошо дерется. Вдруг на нас нападать будут. А Ольку мы брать не будем.
— Почему?
— Она задавака!
А задавака Оля, средняя дочь Фроловой, стояла в новом праздничном костюме, усыпанном блестящими стразами, и застенчиво улыбалась, не сводя с меня глаз. В руках она держала раскрашенную фломастерами коробочку.
Полина тихонько подтолкнула ее ко мне, и Оля словно вышла из оцепенения.
— А это вам, Сергей Николаевич, — сказала она звонким от волнения голосом и протянула коробочку.
— Мне? — озадаченно переспросил я.
— Да, это подарок, — тихо сказала она.