Отвёртка молча прошёл мимо них к костру. Он сел на своё место, взял нож, который бросил перед боем, и помешал варево в котелке.
— Садитесь жрать, — буркнул он, пробуя мясо на кончике ножа. — Собака готова. А то остынет.
Кощей нервно сглотнул, глядя на трупы, разбросанные по поляне, а потом на спокойного наёмника, который как ни в чём не бывало собирался ужинать.
— Ты их всех… — пролепетал купец.
— Работа такая, — равнодушно пожал плечами мужчина. — Сухари. Соль. Передай.
Он протянул руку, и Кощей, дрожащими пальцами, вложил в его грязную ладонь кусок чёрствого хлеба. Отвёртка откусил большой сухарь, глядя в темноту леса своими холодными, ничего не выражающими глазами. Для него этот вечер ничем не отличался от сотен других.
* * *
Утро выдалось серым, промозглым, но спокойным. «Буран» полз по остаткам старого шоссе, переваливаясь через потрескавшийся асфальт, словно уставший зверь. Пейзаж за окном неуловимо менялся. Дикая, необузданная чаща отступала, уступая место упорядоченным руинам, а затем, и вовсе расчищенным пространствам. На горизонте, словно мираж в пустыне, вырастали очертания чего-то монументального, чужеродного для этого одичавшего мира.
Новоград. Это был не просто город, а крепость, памятник человеческому упрямству. Огромные стены из армированного бетона и полированной стали вздымались на высоту чуть ли не девятиэтажного дома. По их периметру гудели, переливаясь голубоватым свечением, силовые контуры, питаемые геотермальными установками, когда-то пробуренными землю на километры вглубь. Над башнями поднимались столбы белого пара, растворяясь в свинцовом небе. Здесь не было места грязи и гнили Ржавца. Здесь царил холодный порядок, симметрия и стерильность.
— Добрались… — выдохнул Кощей.
Его лицо преобразилось. Исчез страх, исчезла та суетливая трусость, что преследовала его всю дорогу. Теперь он снова чувствовал себя хозяином положения. Он поправил помятый кафтан, пригладил редкие волосы и даже попытался принять величественную позу, насколько это позволяло сиденье внедорожника.
— Не расслабляйся, — буркнул Отвёртка, глядя на приближающийся блокпост. — Здесь стреляют не реже, чем в Пустоши. Просто пули дороже.
Ворота Новограда, титаническая плита весом, наверное, в сотни тонн, медленно, с гулким низкочастотным гулом, поползла вверх. Их встречали не оборванцы с автоматами, а гвардейцы Совета Технократов. Они были одеты в глухие серые комбинезоны с композитной бронёй, лица скрыты за зеркальными визорами шлемов. В руках тяжёлые винтовки, чистое, ухоженное оружие, не чета самопалам пустошей.
— Идентификация, — раздался механический голос из динамиков на стене.
— Торговый представитель третьего ранга Валентин Семёнов, — громко объявил купец, протягивая в открытое окно пластиковую карту с чипом. — Груз доставлен. Сопровождение авторизовано.