— Мика.
Парень поднял голову.
— Макс! Ты видел? Шовчик уже понимает команду «корми»! Ну, почти понимает. Процентов на сорок. Тина ему помогает — она ему показывает глазами, куда класть.
— Тина ему показывает глазами, — повторил я. — Жаба. Показывает глазами.
— Ну да. Она умная.
Тина моргнула в третий раз. Я мог поклясться, что это было подтверждение.
— Ладно, — я оттолкнулся от косяка. — Где Стёпа?
— Наверху. Лана ушла за водой, скоро придёт. Ника с Барутом тоже наверху, тренируют Фукиса.
— Хорошо. Слушай, мне нужно уединиться. Режиссёр пришёл в себя, и у меня есть кое-что, что поможет ему стать сильнее. Это займёт время.
Мика посерьёзнел.
— То самое сердце?
— Да. Не трогайте меня, пока сам не выйду.
— Понял.
Я прошёл по коридору и закрылся в дальней комнате.
Сел на пол спиной к стене и достал из рюкзака Сердце Крови. Красавчик смиренно сидел на плече.
Режиссёр внутри ядра почувствовал реагент и напрягся. Ментальная нить тревожно зазвенела.
Я послал успокаивающий образ.
Не тот запах. Не та тварь. Ты это уже знаешь.
Рысь помедлила. Потом осторожно согласилась. Как зверь, который подходит к миске с едой, поставленной незнакомцем. Не доверяет, но голоден.
Пришло время заняться стаей и наконец провести эволюцию Режиссёра. Я так долго этого ждал.
А потом вытащить этого позёра Раннера из таверны. Если надо — за его золотые локоны.
Глава 7
Я запер дверь, задвинул засов и прислушался. За стеной глухо бубнил голос Мики — парень продолжал дрессировать волкодава.
Сел на пол в центре комнаты, вытянул ноги и выровнял дыхание. Потоковое ядро привычно отозвалось теплом в груди.
Потянулся к ментальным нитям…
Стая…
КО МНЕ!
Первой вышла Афина — воздух в комнате вспыхнул жаром, и тигрица материализовалась у дальней стены. Четыре метра светлого серебра и огня. Она заняла добрую треть комнаты, половицы жалобно скрипнули под её весом.
Девочка коротко фыркнула и легла, подобрав под себя лапы. Спокойная и уверенная хозяйка, которая знает своё место в иерархии и не нуждается в подтверждении.
Следом скользнул Карц. Двухвостый обжора возник бесшумно, как язык пламени по сухому дереву, и устроился у противоположной стены, обернув хвост вокруг лап. Между ними с Афиной всегда держалась уважительная и молчаливая дистанция.