— РРРРРРР, — низкое рычание вырвалось из груди.
Маленькая двуногая фигурка дёрнулась. Палка в её лапах заблестела.
— Макс… — тонкий писк донёсся из-за барьера. — БОЖЕ, МАКС, ПРИДИ В СЕБЯ! ЭТО ЖЕ МЫ!
Знакомый звук. Где-то слышал этот голос.
Но еда есть еда.
Я разбежался и врезался в ветряную стену всем телом.
Барьер прогнулся под моим весом, треснул паутиной, но выдержал. Серебристые звери скалились, вкладывая последние силы в защиту.
Отступил на несколько шагов, набирая скорость для нового удара.
— Макс, это я! — крик стал отчаяннее. — Стёпка, твой ДРУГ!
Слово «друг» отозвалось где-то глубоко в черепе. Что-то шевельнулось в тёмных глубинах разума, попыталось всплыть на поверхность. Важное слово… Будто бы и правда очень важное для меня.
Или это всё было в прошлом?
Я замер, качая головой из стороны в сторону. Голод боролся с чем-то незнакомым и болезненным.
— Помнишь? — голос стал мягче. — Мы с тобой в детстве яблоки воровали. Блин-блин-блин, что я несу. А! Ты привёл меня в столицу. А Барута помнишь? Господи, Макс, тут же Режиссёр! Актриса! Карц! Вся твоя стая! АФИНА УМИРАЕТ, МАКС, ПРИДИ В СЕБЯ!
Образы мелькнули в голове. Какая-то тигрица…
Спасла меня от стаи волков, была ранена?
Я что, тащил её по лесу?
Она лизала мне щёку…
ААААААААААААААААААААААА!
Нет! Нет! Нет! Ты говоришь о чём-то страшном!
Я НЕ ХОЧУ! НЕ ХОЧУ ЧУВСТВОВАТЬ ЭТО!
Боль взорвалась в черепе. Два сознания столкнулись — звериное и человеческое.
Воспоминания хлынули потоком. Деревня. Я в постели, слабый от болезни. Белый горностай обманул меня… Он так любит смотреть на всё блестящее. Стёпка, который помогал мне встать на ноги.
— Стёпа?
Посмотрел на маленькую фигурку за барьером. Увидел знакомое лицо, исказившееся от страха и надежды одновременно.
Парень, которого знал.
Голод отступил на шаг. В груди что-то сжалось от стыда.
Что я делаю?
Посмотрел на свои руки. Чёрный мех, серые наросты, когти, блестящие от чужой крови. Монстр. Зверь, готовый убить тех, за кого был готов умереть.
Сделал шаг назад от ветряного барьера.
Но голод возвращался. Он поднимался из глубин тела, жёг кровь, требовал плоти и костей. Звериная сущность не хотела отступать.