Парень перевёл дыхание, вытер пот со лба тыльной стороной ладони. Кровь всё текла, но он стоял.
Радонеж медленно захлопал в ладоши.
— Браво, — сказал он, и в его голосе звучала искренняя скука. — Очень трогательно. Мальчишка убил кота.
Господи, ну и псих, он что, наслаждается? Не бьёт в полную мощь?
Друид Ветра обвёл взглядом пещеру: тела звероловов, кровь на камне, дым от сгоревшего человека.
— Знаешь что, парень? Мне надоело.
Он поднял руку, и гарпии взмыли выше, их крики эхом отразились от сводов пещеры. Режиссёр и Актриса подняли морды, отслеживая полёт хищниц. Они кружили, ныряли, заставляя рысей крутить головами, следить за угрозой сверху.
Всё внимание стаи переключилось на воздух.
В этот момент Радонеж ударил.
Я даже не увидел, как он двинул рукой. Просто воздух рядом с моей головой взорвался болью.
Что-то невидимое полоснуло по плечу, разорвав куртку и кожу под ней. Горячая кровь хлынула по руке. Я отшатнулся, но второй удар уже летел — в грудь.
Перехватил его ножом. Белое пламя встретилось с сжатым воздухом, и искры брызнули во все стороны. Удар был такой силы, что клинок едва удержался в руке.
Третий снаряд прошёл в сантиметре от виска, оставив рассечение на коже.
— Видишь? — Радонеж усмехнулся. — Даже не напрягаюсь.
Крагнор не отставал. Ледяные копья летели одно за другим — в ноги, в корпус, в голову. Мне приходилось метаться по пещере как загнанный заяц, уклоняясь от одних атак и парируя другие.
Нож плавился под натиском двух стихий. Клинок трещал от перепадов температуры — то обжигающий огонь, то леденящий холод.
Ледяное копьё прошло под рукой, воздушный снаряд — над головой. Я отпрыгнул к стене, но Радонеж уже готовил новую атаку.
— Афина! — рявкнул я. — Прикрой Карца!
Вовремя! Воздушное лезвие, целившее в огненного лиса, полоснуло её по боку. Шерсть разлетелась клочьями, на шкуре появился глубокий порез от лопатки до бедра, но защита выдержала.
Афина зарычала от ярости, не от боли. Она развернулась к Радонежу.
Второе лезвие полоснуло её по морде, третье — по передней лапе. Кровь капала на камень, но тигрица не отступала, заслоняя лиса своим телом.
Ледяной медведь тем временем бежал к Карцу с другой стороны и крушил всё на своём пути. Его лапы крошили камень, дыхание превращало воздух в белую изморозь. Ещё немного и он переломает лису все кости.
А я уже задыхался.
Энергия утекала с каждой секундой. В груди горело от напряжения, руки дрожали от усталости. Активация стольких способностей одновременно — Лёгкий шаг, проводимость огня, ментальная связь со всей стаей — высасывала силы быстрее, чем я мог их восполнить.
Крагнор и Радонеж даже не вспотели. Они атаковали размеренно, методично, как мясники, разделывающие тушу. Для них это была не битва.
Я понял, что проигрываю.
Когда нас убьют — лишь вопрос времени.
Радонеж это тоже понимал. Его губы растянулись в улыбке, и он медленно поднял правую руку. Воздух вокруг его ладони начал сжиматься, становясь плотнее.
Концентрация была невероятной. Друид собирал воздух в точке размером с кулак, превращая его в оружие. Плотность становилась такой, что пространство вокруг его руки начало искажаться.
Это было похоже на какую-то воздушную гильотину.