В его голосе звучала искренняя решимость. Парень действительно изменился за эти дни. Или он всегда был таким, и нападение раскрыло его потенциал?
— Похвально, — одобрительно кивнул я.
— Ну а ты, Макс? — кивнул Барут. — Какие планы?
— Да у меня особо и выбора-то нет, — я пожал плечами. — Разговор с бароном не окончен, а он хочет купить рысей.
— Опять рыси? — Стёпка нахмурился. — И ты продашь?
— Нет. Я предложил другой вариант, звероферму. Возможно, это поможет.
Стёпа открыл было рот, но тут его внимание привлекло движение на улице. К нам быстрым шагом приближался молодой человек в ливрее барона — гонец.
— Тебя срочно вызывает его светлость барон Валентин. Немедленно.
Гонец развернулся и быстро зашагал по улице, явно ожидая, что за ним уже следуют. Я поднялся с лавки, потянулся, разминая затёкшие мышцы.
— Ну что, парни, увидимся, — сказал, взглядом подзывая Афину.
Кошка лениво поднялась, потягиваясь всем телом. Красавчик спрыгнул с её спины и забрался мне на плечо, устроившись в привычном месте.
— Удачи, — пожелал Барут. — И ты уж постарайся не продавать рысей.
Стёпа кивнул в знак согласия, а я только махнул рукой и двинулся следом за гонцом.
Путь к замку пролегал через центральные кварталы столицы, и я невольно залюбовался слаженностью, с которой город приходил в себя после вчерашнего кошмара.
По улицам сновали рабочие бригады — кто-то разбирал завалы из обломков черепицы и сгоревших балок, кто-то латал дыры в стенах домов, кто-то подметал мостовую от пепла и копоти.
Но больше всего меня поразили питомцы, помогавшие в работах. Несколько каменных черепах размером с телегу методично переносили на спинах тяжёлые блоки. Рядом с ними трудились существа, похожие на гигантских муравьёв — они подхватывали челюстями обломки и относили к кучам мусора.
У одного из зданий огромная птица обдавала повреждённые железные решётки раскалённым дыханием, размягчая искорёженный металл до пластичного состояния. Мастер рядом с ней направлял процесс, указывая, какие участки нужно разогреть, чтобы кузнецы могли их выпрямить и восстановить.
Водоносы всё ещё работали — поливали тлеющие угли, смывали сажу со стен. Их толстые хвосты мелькали между зданий, а горловые мешки ритмично пульсировали.
Организация впечатляла.
С каждым шагом усталость наваливалась на меня всё сильнее. Не физическая — тело-то держалось бодро, эволюция сделала своё дело. А вот остальное…
Сколько времени прошло с момента моего пробуждения в теле Максима? Месяц? Два? А ощущение, будто прожил целую жизнь.
Постоянная борьба за выживание, ненужные интриги Ефима, смертельно опасная охота, дуэль не на жизнь, а на смерть, и теперь вот — война у ворот столицы. Нет, с другой стороны, мне действительно нравился результат собственного роста, но и спокойных деньков выпало совсем немного.
Когда я смогу наконец остановиться, перевести дух и размеренно заняться тем, что тоже важно?
А важного накопилось предостаточно. Духовные звери требовали серьёзного разговора. Афина слишком часто действовала на своё усмотрение — как в том прыжке в битве с Дробителями, когда я едва успел отозвать её в ядро. Или, когда она решила рыкнуть на барона и советника.
Режиссёр демонстрировал силу, которая не укладывалась в рамки его уровня. Его «Малый вихрь» — навык всего лишь F-ранга — едва не размазал серого волка по каменной стене. Даже учитывая разницу в уровнях и королевскую породу рыси, такая мощь выглядела подозрительно.
Единственной, кто не доставлял хлопот, была Актриса. Она держалась рядом исключительно из-за решения брата признать меня хозяином, но работала безупречно, не создавая проблем.
Красавчик… Почему горностай до сих пор не стал духовным зверем? Этот вопрос требовал ответа.
Дальше — Алхимия. Ещё одна область полного невежества. Чуть ли не каждый день приносил встречи с новыми реагентами, свойства которых оставались загадкой. А правильное использование эликсиров могло помочь, я уверен.
Камень из сердца медведя по-прежнему покоился в рюкзаке. Можно ли его использовать? Таит ли он опасность? Расскажет ли что-нибудь об Эрике и её экспериментах?
А ещё — питание питомцев. Я едва справлялся со своей стаей, уход за ними составлял основу развития. Но именно поэтому идея зверофермы казалась такой привлекательной — возможность расширить Звериный кодекс, изучить тонкости воспитания и тренировок, довести до совершенства экспериментальную эволюцию и создать мощную стаю.