— Тем страннее, КАК ты их поймал! — продолжил Григор, снова становясь серьёзным.
Я промолчал, не собираясь раскрывать секреты своей победы над близнецами.
Григор понял, что ответа не дождётся и медленно подошёл к Режиссёру. Брат проследил его приближение внимательным взглядом, но с места не сдвинулся.
— Красивый зверь, — пробормотал отшельник, протягивая руку к голове рыси. — Просто великолепный.
Режиссёр посмотрел на приближающуюся ладонь так, словно ему предлагали дотронуться до чего-то крайне неприятного. В последний момент он грациозно отклонил голову в сторону, избегая контакта.
Григор замер с протянутой рукой, а затем тихо засмеялся.
— Да уж, — покачал он головой, опуская руку. — Аристократ ещё тот. Не каждого удостоит внимания.
Режиссёр окинул отшельника взглядом, полным холодного достоинства, словно оценивая, достоин ли этот человек вообще находиться в его присутствии. Затем демонстративно отвернулся, давая понять, что аудиенция окончена.
— Вот ведь… — пробормотал Григор, наблюдая за рысью. — А этот такой ещё гордый. Это очень странно. Обычно самцы более покладистые, а самки капризничают. А тут наоборот.
— Ты опоздал, — холодно заметил я.
— Раз опоздал, значит была причина. Следи за языком, сопляк. Этого малыша тебе притащил, — сказал Григор, поднимая Иглистого ушкана на уровень моих глаз.
— Не сопляк, — покачал головой и твёрдо встретил его взгляд. — Ты как-то говорил, что, если покажу навык, разговор будет другим. Так может пора?
Исполин общался с позиции силы — это его право, раз он помогал. Но мне нужна была информация, а для этого требовалось уважение, а не снисходительность.
— Ох ты как, — Григор удивлённо вскинул брови. — Маленький хорёк огрызается? Ладно, парень, может ты и заслуживаешь другого отношения.
Внимательно осмотрев питомца, я сразу понял — с ним произошли перемены. Ушкан держался как зверь, который обрёл уверенность в себе. Движения стали точнее, взгляд — осмысленнее. Словно внутри зажёгся огонёк, которого раньше не было.
— Что ты с ним делал? — спросил я настороженно. Система показывала семнадцатый уровень существа.
— Работал, как и должно Зверолову, — пожал плечами Григор. — Но решил в память о твоём отце подготовить зверька к следующей ступени развития.
— В память об отце? — переспросил я, нахмурившись.
— Александр был мастером своего дела, — отшельник осторожно переложил ушкана мне в руки. — Уважал я его, говорил же.
Я ощупал знакомое тельце питомца. Ментальная связь — ушкан всё так же откликался на мои мысли и передавал свои ощущения. Но что-то определённо изменилось.
— Как тебе удалось развить его? — спросил с недоверием. — Связь же не прерывалась ни на секунду.
— А и не должна была, — усмехнулся Григор. — Я же не ломал её. Просто… скажем так, помог зверю развиться естественным путём. Как в дикой природе, только под наблюдением. Не думал же, что ты один особенный на все королевства? Звери, которых отдали мне по своей воле, чувствуют себя в гармонии.
Я заметил самое очевидное изменение. Иглы ушкана теперь отливали серебром. При движении они словно мерцали на солнце, создавая завораживающую игру света.
— Его иглы… — начал я.
— Изменили цвет, да, — кивнул Григор. — Значит, скоро будет готов к следующему шагу. Когда соберёшься переводить на другую ступень, учти это.
Он протянул руку и осторожно погладил ушкана по спинке, избегая игл, затем отступил на шаг и окинул взглядом всю мою стаю.
— Что ж, поздравляю с поимкой таких ценных рысей, — сказал он. — Не каждому в жизни выпадает такая удача.
Отшельник развернулся и направился к лесу. Я смотрел ему вслед, держа ушкана в руках и размышляя о его словах.
— Григор, — окликнул я отшельника, когда он сделал несколько шагов в сторону леса.
Он остановился, но не обернулся.