От этого что-то сжалось в груди так сильно, что стало трудно дышать.
Жнец тем временем отползал назад, оставляя за собой тёмные пятна кислотной крови. Его рана тоже была серьёзной, он умирал.
— Что ж, — протянула Эрика, медленно подходя к нам. — Это было впечатляюще. Твоя кошка почти справилась с моим Жнецом. Почти, но победа за мной.
Она остановилась рядом с Афиной и наклонилась, изучая её раны. В её глазах читалось профессиональное любопытство, как у ветеринара, осматривающего больное животное.
— Внутреннее кровотечение, возможно, повреждены рёбра, — пробормотала она. — Да, мой проживёт дольше. Твой… без лечения… от силы час-два. Жаль, хороший экземпляр.
Эрика медленно обернулась к своему Жнецу, который истекал кислотной кровью, оставляя на камнях дымящиеся пятна. Хитиновый панцирь на его брюхе был разорван когтями Афины.
— Знаешь что, — протянула она, наклонив голову и изучая меня с новым интересом. — Ты меня удивил. Я думала, это будет быстро. Мои питомцы редко получают серьёзные раны. Ещё и такие, от которых могут умереть.
Она подошла к своему монстру и легко провела рукой по его искалеченному брюху. Жнец издал тихий скрежет — то ли от боли, то ли от удовольствия.
— Твоя кошка действительно хороша. Очень хороша. Жаль только, что недостаточно сильна, как и её хозяин.
Эрика наклонила голову, изучая Афину с профессиональным интересом.
— Хотя… живые образцы всегда интереснее мёртвых, — пробормотала она, словно размышляя вслух. — Особенно те, что способны к такой эволюции. Да, определённо есть смысл наблюдения…
Она посмотрела на меня с внезапной улыбкой:
— К тому же, мёртвые Звероловы не могут развивать новые методы. А ты… ты ещё можешь стать весьма полезным для моих исследований.
— Это вряд ли, — я сильнее сжал нож.
Девушка выпрямилась и посмотрела на меня.
— Если честно, я ожидала, что дуэль закончится за пару секунд. Но ты заставил моего зверя попотеть. Это впечатляет.
Она сделала паузу, словно обдумывая что-то важное.
— Мне даже жаль будет делать из тебя врага. У тебя есть потенциал и убивать не хочется. Может быть, стоит пересмотреть наше соглашение?
Она сделала шаг ближе, и я заметил, как её взгляд скользнул по моему телу — не как женщина смотрит на мужчину, а как исследователь изучает интересный образец. В её звериных глазах мелькнуло что-то голодное, жадное до знаний.
— Особенно такой… уникальный, — добавила она, и в её голосе прозвучала нотка, от которой по спине пробежали мурашки. — Твой способ приручения действительно интригует. И эта связь с питомцами… Такую глубину симбиоза я видела редко.
Её пальцы дёрнулись, словно она с трудом сдерживалась, чтобы не потрогать мои татуировки.
Я напрягся. Сейчас она больше походила на безумного фанатика.
Эрика подняла обе руки, развела их в стороны, и в следующий момент из её ладоней вырвались два тонких луча золотистого света.
Я инстинктивно шагнул назад. Лучи пронеслись мимо меня — один к истекающему кровью Жнецу, второй… к Афине.
Тёплая волна прокатилась по моей раненой кошке. Боль, которую я чувствовал через нашу связь, начала стихать. Острые импульсы сменились спокойным, ровным пульсом. Афина исцелялась. Быстро.
Жнец тем временем выпрямился, его раны затягивались прямо на глазах. Кислотная кровь перестала течь, разорванный хитин срастался, становясь целым. Через несколько секунд от его ран не осталось даже шрамов.
— Что ты… — начал я, но голос застрял в горле.
Магия. Настоящая, живая магия исцеления, да ещё и такой силы! Я видел её своими глазами. Мой питомец полностью восстановился, будто и не участвовал в дуэли!
Да, я всегда предполагал, что магия существует — татуировки на моих руках, способности питомцев, сам этот мир кричал о её присутствии. Но видеть её в действии, почти чувствовать на себе…
Это было совсем другое.