Активировал «Звериный кодекс» и открыл раздел питания для Афины.
Бинго!
Дикий клыкокорень: создаёт успокаивающий эффект, стабилизирует нервную систему, положительно влияет на будущую эволюцию питомца.
Листья клыкокорня мелко нарезать, растереть до выделения сока. Сок втереть в мясо, дать пропитаться.
— Интересно, — пробормотал я, достав реагент и посуду из рюкзака.
Сначала мелко нарезал листья ножом. Клыкокорень был плотным, волокнистым — но клинок легко прорезал жёсткую структуру.
Это отличный нож, более того — он почему-то не тупится. Из какой же стали сделан? Какой кузнец мог выковать подобное? Кузнец-Мастер, владея каким-то редким «полезным» питомцем?
Я принялся растирать измельчённую зелень в походной деревянной чашке, используя маленькую ступку. Работа была кропотливой — волокна сопротивлялись, но я продолжал методично давить и крутить, пока не услышал характерное похрустывание разрушающихся клеток.
Постепенно из зелёной массы начал выделяться сок. Сначала лишь несколько капель, затем всё больше. Жидкость была удивительной — серебристая, с переливами, как у ртути. Запах усилился, стал почти осязаемым — резкий травяной аромат с примесью чего-то первобытного.
Я взял кусок сырого мяса размером с кулак и начал тщательно втирать в него полученный сок. Под моими пальцами происходило нечто удивительное — мясо меняло цвет, приобретая лёгкий серебристый оттенок. Волокна словно пропитывались магией изнутри.
Запах преобразился мгновенно. Обычное сырое мясо вдруг стало пахнуть как деликатес — появились ноты дикой мяты, хвойной свежести и что-то неуловимо хищное, что заставляло слюнки течь даже у меня.
— Афина, ужин готов, — позвал я кошку.
Она подняла голову, и я увидел, как её ноздри раздулись, уловив новый аромат. Жёлтые глаза заблестели с нескрываемым интересом. Поднявшись со своего поста, она неторопливо подошла ко мне, наблюдая как я выдаю Красавчику его порцию магической пищи.
Кошка обнюхала своё угощение и издала глубокое, горловое мурчание удовольствия — звук, который я ещё ни разу от неё не слышал. Это было не простое одобрение, а настоящий восторг хищника, почуявшего идеальную добычу.
Она взяла кусок мяса в пасть и начала есть медленно, со вкусом. Каждый кусок она пережёвывала тщательно, словно смакуя нотки вкуса. Её глаза полузакрылись от наслаждения, хвост мерно покачивался — все признаки кошачьего блаженства.
Получено опыт: 100
К моему удивлению, съела только половину куска и остановилась, довольно облизнувшись. Обычно Афина съедала много мяса, но, похоже, магическая пища насыщала намного быстрее и эффективнее. Ну да ладно, мне это только на руку.
Хотя на Красавчике это не работало — тот ещё проглот, уплетает за обе щеки и добавки просит.
Кошка подошла ко мне и потёрлась боком о мою ногу. Затем игриво боднула головой в колено и замурлыкала так громко, что звук эхом отдался от стен пещеры.
Но самое удивительное началось через несколько минут. Афина легла на своё место, и я заметил, как её шерсть начала слабо переливаться в свете костра. Серебристые блики пробегали по полосам, словно по её телу текли потоки жидкого металла. Длилось это лишь пару секунд, но я довольно хмыкнул. Расти, девочка.
Сам же я ел свою порцию вяленого мяса осторожно, небольшими кусками. Переедать нельзя — полный желудок замедляет реакцию, а тяжесть в животе мешает быстрому движению.
Костёр потрескивал, освещая стены пещеры мягким оранжевым светом. За её пределами сгущалась ночь — настоящая, полная опасностей тьма.
Из леса доносились звуки: где-то ухнула сова, далеко в стороне завыл одинокий волк. Но это были обычные, знакомые звуки ночного леса. Опасность издавала бы другие сигналы — напряжённая тишина, треск веток, приближающиеся шаги.
— Завтра начинаем искать ветряную рысь по-настоящему, — сказал я Красавчику, почёсывая его за ухом. — А пока — отдыхаем.
Горностай довольно мурлыкнул и уткнулся мордочкой в мою ладонь.
Афина не отрывала взгляда от входа. Её уши постоянно поворачивались, ловя малейшие звуки.
— Нет, знаешь что, девочка, — протянул я. — Отдавай-ка первый пост мне. Отдохни, дай царапинам зажить.
Кошка вяло зарычала, но спустя мгновение растворилась — я тут же ощутил привычное тепло возле Потокового ядра. Так-то лучше. Начинает слушаться.