Два моих зверя на пороге. Пора.
— Эй, — я кивнул. — Вы двое перейдёте на что-то совершенно новое. Пятая ступень — та сила зверей, выше которой нет ни у кого на континенте. Добавим этому чуть-чуть романтики?
Дедуля моргнул, словно не понял.
Я рассмеялся и развел руки в стороны.
— Считайте меня сентиментальным, но это очень важный момент. Давайте-ка в ядро, стая.
Едва они выполнили команду, я посмотрел на Красавчика, который деловито пожирал розовое мясо краба.
— Дружок, ты же помнишь?
Горностай на секунду замер, склонил голову на бок и снова вгрызся в плоть. Я терпеливо подождал несколько секунд.
Красавчик насытился и рванул.
— Веди.
Спустя минут пять я протиснулся следом за ним и замер, инстинктивно зажмурившись.
После затхлой, пропахшей тухлятиной и кровью тьмы, этот вид ударил по чувствам.
Красавчик вывел нас в скрытую бухту.
Идеальный полумесяц белого песка, зажатый между двумя отвесными чёрными скалами.
Песок был почти снежно-белый — измельчённые кораллы и ракушечник. Тёплый сверху от дневного солнца и прохладный в глубине.
Сюда невозможно было подобраться ни с моря из-за острых рифов, ни с суши — склоны скал были отвесными и гладкими, словно отшлифованными тысячелетиями штормов.
Абсолютное уединение.
Даже чайки сюда не залетали.
Бирюзовая вода лениво накатывала на берег, шипя белой пеной и смывая любые следы. Каждая волна была другого оттенка — от нефритового на мелководье до глубокого синего там, где дно уходило в пропасть.
Солнце плавило горизонт медью, ржавчиной и тёмным золотом. Небо пылало.
Солёный бриз ударил в лицо, мгновенно выветривая из лёгких пещерную гниль. Воздух был живой — пах морем. И этот запах, этот вид — почему-то подсказали мне, что нам всё ещё есть за что сражаться.
Кожа, липкая от крови краба и пота, мгновенно остыла и подтянулась на ветру.
Я быстро разулся.
Песок между пальцами ног был райским блаженством после каменных полов пещер. Опустился на колени у самой кромки воды и зачерпнул. Солёная, но чистая — смыл с рук остатки крабьей слизи и крови.
Вода была тёплой, как парное молоко.
Только тогда я откинулся на спину и положил рядом оба пульсирующих сердца.
Они лежали на белом песке, как два тёмно-красных камня. Бурое сердце краба — размером с голову, покрытое твёрдыми наростами. Сердце виверны — поменьше, но плотнее, почти чёрное.
Ветер трепал мои волосы, высушивая пот с лица.
За спиной гудела неизвестная, опасная земля Юга, кишащая чудовищами, которые могли разорвать человека пополам одним движением.
Впереди лежало бескрайнее море, в глубинах которого жили монстры размером с корабль. Так местные пугали гостей.