— Внимание. Сюда. Все.
Даже звери навострили уши.
— То, что вы сейчас видели — не магия, — начал я жёстко, чеканя каждое слово. — У этой штуки…
Я подбросил гранату и поймал её.
— … нет мозгов или хозяина. Ей плевать, кого убивать — врага, который бежит на вас с мечом, или Стёпу, который уронил её себе под ноги.
— Обязательно меня в пример ставит? — проворчал копейщик.
— Запомните первое и главное правило: фитиль горит всегда. Под водой, под землёй, в снегу. Если искра пошла — у вас есть четыре секунды. Раз-два-три-четыре. На «пять» вашей руки уже не будет. Вместе с головой.
Я прошёлся вдоль строя, глядя каждому в глаза.
— Барут.
— Д-да?
— Ты любишь ближний бой. Забудь. Эту дрянь нельзя использовать, если враг ближе двадцати шагов. Бросишь под ноги врагу, который бежит на тебя — сдохнешь вместе с ним. Осколки летят быстрее, чем ты бегаешь.
— Понял, — кивнул торговец. — Бросать очень далеко.
— Мика.
— Я-то что? — встрепенулся парень. — Эту штуку даже в руки не возьму!
— Ты лекарь, согласен. Твоя задача — держаться сзади. Но если вдруг придётся бросать — целься не в человека, а под ноги. Взрыв на груди убьёт одного. А вот на земле посечёт ноги троим-четверым. Калека на поле боя хуже трупа.
Мика позеленел, но кивнул.
— Стёпа.
— Макс, я лучше копьём… — начал было он.
— Ты очень силён, — перебил я. — Можешь метнуть эту штуку так же далеко, как я. Все запоминайте! Если видите группу врагов в одной куче — кидайте. Но перед этим нужно заорать так, чтобы уши заложило. «ЛОЖИСЬ!» или «ГРАНАТА!».
Я повернулся к остальным.
— Это касается всех. Вы не вертите головой, не спрашиваете «где?» и «зачем?». Падаете мордой в землю! Мгновенно. В грязь, в дерьмо, в лужу — мне плевать. Лучше быть грязным, чем мёртвым. Керамика и камни летят веером вверх и в стороны. Чем ниже вы к земле, тем больше шансов, что осколки пройдут над вами.
Лана подошла ближе, скрестив руки на груди.
— А звери? — спросил она. — Они не поймут нас. Афина может кинуться в атаку в самый неподходящий момент.
— Верно, — я кивнул. — Поэтому правило для зверей жёстче. Если гранаты в деле — звери отзываются назад. Никакой самодеятельности. Но за этим я прослежу.
Посмотрел на Старика. Росомаха сидела, склонив голову набок.
— Особенно ты, мохнатый. Осколок в глаз — это конец. Увидишь, что кто-то достаёт шар — уходишь в сторону или за спину. Понял? Ты вечно лезешь вперёд.
Я видел, что эта штука сделала с деревом.
— И последнее, — я понизил голос, делая паузу. — Огонь.
Указал на фитили.
— Мы носим смерть в мешках. Одна случайная искра от костра, любое пламя какого-то зверя, попавшее в сумку с гранатами — и от нас останется только мокрое место. Учитывайте это. Брать будем только по необходимости.