Бывший. Ты пожалеешь!: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

– Чуть не забыла. Это тебе.

– Что это? – спрашиваю я с любопытством и легким недоумением.

– Путевка в лучшую жизнь. Не спрашивай как я ее достала, все равно не скажу. И не вздумай отказываться. Ладно, отдыхай.

Смотрю на распечатку путевки в реабилитационный центр на юге. И засыпаю с улыбкой. Давно не видела море.

Глава 3.

Операция проходит без осложнений. Во всяком случае именно так говорит мой врач. Он улыбается и рассказывает мне о том, как быстро проходит восстановление. А меня терзает не только физическая боль и последствия наркоза, но и ледяная стужа в сердце. Так одиноко становится. Так жалко себя…

– Мамуль, привет! – перекрикивая шум машин, говорит сын в трубку. – Как все прошло?

– Хорошо, – отзываюсь тихо. – Обещают, что скоро буду бегать.

– А то! – бросает он воодушевленно. – Как папа? Приходил?

Невинный вопрос ставит меня в тупик. Богдан поступил очень «по-мужски»: не только бросил меня в трудную минуту, но и взвалил на меня обязательства рассказать все сыну.

В первые секунды порываюсь высказать все Семену, раскрыть ему глаза на то, какой его любимый папочка козел, но что-то останавливает меня.

– Да, приходил. Все хорошо, сынок. Лучше расскажи, как у тебя?

– Да норм всё. Сессия скоро, зашиваюсь. Мам, точно все в порядке? У тебя голос какой-то грустный. Да и папа уже второй день трубки от меня не берет.

– Правда, Сёма, просто еще не отошла от операции. А папа работает много, ты же знаешь…

Прикусываю нижнюю губу и стараюсь выровнять дыхание. Горло сдавливает, словно в нем застрял горький ком. Даже после всего, что натворил Богдан, у меня не поворачивается язык очернить его в глазах сына.

Я очень боюсь реакции Семёна, что это сломает его. Он бросит университет и прилетит сюда. Что он не простит отца и, чего доброго, их конфликт дойдет до трагедии.

– Лучше бы к тебе чаще приезжал, никуда его работа не денется, – ворчит недовольно сын.

Я перевожу тему на его жизнь, и очень скоро мы прощаемся. Сжимая в руке телефон, смотрю на стену напротив. Когда-то же он все равно все узнает… Вот пусть Богдан и сделает это. Хватило же у него наглости и смелости явится ко мне в больницу и вывалить свое счастье. И для сына найдутся время и нужные слова.

Меня выписывают из больницы уже через неделю, а я почему-то не решаюсь сообщить об этом подругам. В душе полнейший беспорядок. Домой ехать не хочется. Страшно. И я даже не знаю, чего боюсь больше: увидеть пустующую жилплощадь, стены которой хранят слишком много воспоминаний или столкнуться там лицом к лицу со сладкой парочкой в виде моего мужа и его секретарши. Кто же знает, на сколько дней они улетели. С того дня Богдан больше никак не давал о себе знать.

Стою, опираясь на костыль, под козырьком входа в стационар и просто бессмысленно всматриваюсь в серые тучи над головой.

“Будет дождь”, – мелькает мысль, и я всё-таки решаю вызвать такси до дома.

В квартиру вхожу с опаской. Благо попался хороший водитель и помог занести мои вещи. Звук открывшейся двери эхом разносится по пустой квартире. Так странно. Раньше она была наполнена нашим теплом, любовью, здесь было так уютно… А теперь меня морозит, и стены словно душат.

Часть вещей Богдана отсутствует, он явно собирался в спешке. На кровати валяются его рубашки, которые я гладила и бережно развешивали в шкафу на плечики.

В раковине — две грязные чашки после кофе. На одно из них яркий след от красной губной помады. Не задумываясь, выбрасываю эту кружку в мусорку. Становится мерзко. Где она сидела? Каких вещей касалась? Трогала ли мои? Спала ли на нашей кровати?..

Это настолько подло, гадко, будто Богдану было мало растоптать меня в палате, он и в наше семейное гнездо привел эту шалаву. Не стесняясь меня, соседей, не имея уважения к нашему дому.

Не выдерживаю этого ужаса и набираю Лиде.

– Ты можешь ко мне приехать? – спрашиваю без приветствий.

– Ты в больнице? – настораживается она.

– Нет, уже дома. И он приводил ее сюда. Я спать не смогу на этой кровати, не сменив белье. Мне вообще хочется все здесь вымыть с хлором, но только одна не смогу…

– Во-первых, какого, блин, рожна ты, Лариска, не сказала, что тебя выписывают? Я бы встретила тебя. А во-вторых… Скотобаза он. Сейчас отпрошусь и примчу. По пути куплю перчатки и “Доместос”. Будем дезинфицировать после голубков.