Глаза генерала тёмные и голодные. Он жаждет правды. Но я ни за что не скажу ему, что магия проснулась во время родов. Это были очень тяжёлые роды: малыш не появлялся на свет, а я истекала кровью. Мы оба были на грани, и кардинал Людвиг решился на опасный ритуал: призвать силу дракона — отца ребёнка — без ведома генерала. Кардинал забрал у Данмара большую часть силы, пока Элай был в битве. Его тогда ранили, и он тоже чуть не погиб, но я узнала об этом после… С тех пор он ослаблен и не может оборачиваться драконом. И думает, что это проделки демонов. Генерал, преемник короля, жестокий полководец — он, не задумываясь, заберёт обратно силу у Рика, а вместе с ней и его жизнь, ведь ритуал опасный, да к тому же мальчик бастард — нарушение чистоты династии. Я не могу рисковать сыном. Мой малыш для меня всё, самый родной, самый любимый, самый сладкий. Он очень умненький и способный. Малыш Ричард — жизнь моя.
— А ты, — сглатываю, глядя на Данмара, — когда успел стать извозчиком для целителей? Или тебя разжаловали из преемников короля?
В глазах генерала мгновенно взметается пламя. Он скалится и сжимает кулаки. Мне становится страшно.
Да, не стоило так дерзить: от него зависит моя дальнейшая судьба!
Данмар наклоняется, наши лица застывают напротив. Ясно вижу его тёмно-синие штормовые глаза, в них пляшет пламя. Глубокие мужественные морщины спускаются от носа к уголкам рта. И старый, почти неразличимый шрам на скуле, теряется в бороде. Я зашивала ему эту рану, она была такая скверная. Я очень старалась, чтобы зажило незаметно. Удовлетворённо подмечаю, что получилось.
Кровь стучит в висках от нахлынувших воспоминаний. В грудь врезается сотня кинжалов. Почему ты предал меня, Элай? Выбрал другую… Я же так любила тебя. Ты был для меня всем, любимый. Так больно. В горле вырастает ком.
Карета неожиданно тормозит. Приехали!
Я тянусь к дверце, но Данмар хватает за плечо и шепчет:
— Катя…
Оборачиваюсь и встречаюсь с ним взглядом. Пожароопасно!
— Никто не должен знать, кем ты была раньше, — говорит тихо. — А про свою силу ты мне всё расскажешь. После…
Открывает дверь и кивает в сторону госпиталя.
6
Лакей протягивает руку и пытается помочь выбраться, но я спрыгиваю с подножки сама и спешу к широким, занесённым снегом ступеням госпиталя.
Нас уже ждут: солдат держит дверь. Я ныряю в здание, в нос бьёт запах эликсиров: горький, резкий. Сильнодействующие травы имеют сильные запахи.
Чуть не налетаю в коридоре на дежурного лекаря, который спешит мне навстречу.
Сегодня ночью работает лорд Эстон — рыжебородый маг-целитель третьего круга: сорок лет, женат, трое детей. Лекарь внимательный, но медлительный, а скорость, порой, решает всё.
Эстон ведёт меня к раненому и попутно рассказывает, глотая слова от волнения:
— Очень плох… Демонов пленник, весь в ожогах, рваные раны от кандалов…
Киваю и тороплюсь вперёд.
С ожогами я уже работала, меня не напугать. Ещё до попадания в этот мир я работала медсестрой в Федеральном центре медицины катастроф, параллельно учась на хирурга. Чего я только не насмотрелась в свои двадцать.
— В сознании? — спрашиваю я.
— Нет, и не приходил… — отвечает Эстон. — Я дал целебный эликсир на дионике, провёл ритуал вливания живительных сил, но моей магии недостаточно, леди Тереза… Я испугался, что бедолага не дотянет до утра, и послал за вами!
Коридор наполняется стуком мощных шагов — Эстон оборачивается и шепчет мне:
— Кто это с вами? Такой важный? Допрашивать пленника будет?
— Не отвлекайтесь! Сколько эликсира дали? — говорю я.
Мы продолжаем бежать по коридору.
— Одну треть пузырька…
— Можно ещё, — бурчу себе под нос.
Мы, наконец, заворачиваем в комнату неотложных больных, и я замираю.