С одной стороны, мне в нём было комфортнее, хотя бы не будут обращать внимание на замарашку, с которой Стив пришёл. А с другой… может, он станет смотреть на других, более ярких, а мне будет обидно? Да уж, Стивен был прав в том, мне стоило остаться дома и смотреть сериал… Конечно, однажды он нашёл бы кого поинтереснее и выгнал меня, но, когда не с кем себя сравнивать, как-то полегче, наверное.
Сейчас ещё тоже было не с кем, но я уже морально готовилась. Настроение испортилось и хотелось пойти на попятную, сказать, что я приболела и никуда не пойду. Нервно одёргивая платье, которое было вполне вменяемой длины, я почувствовала себя голой. И вот такой мне предстояло идти куда-то, где много людей. Довыпендривалась.
— Госпожа Харнис, вам ещё необходимо надеть вот это, — передо мной поставили поднос, на чёрном бархатном покрытии которого лежали футляры разных размеров.
Нахмурившись, я открыла каждый, и новая порция липких мурашек побежала по спине. От такого мерцания можно было ослепнуть. Переливающееся бриллиантами колье, тонкий бриллиантовый браслет, несколько утончённых колец и пара серёг, очевидно, тоже усеянные этими дорогими камнями… Кошмар! Да я за всю жизнь столько не заработаю, чтобы это всё оплатить при потере, да даже если что-то одно профукаю…
В горле встал ком, и я застыла в замешательстве. Стивен очень не любил, когда поступали вопреки его воле, но мне это… тоже как-то на воле больше нравилось, а тут… Будет странно выглядеть, если я стану проверять их наличие и трогать каждые две минуты? Да, определённо странно.
— Я… это не надену, — сдавленно произнесла я, не отводя взгляда от россыпи сокровищ.
— Сказали надевать, значит — надевай, — прогудел прямо за моей спиной знакомый голос.
Обернувшись, я в панике прижалась к Стивену, отчаянно соображая, как от всего этого сбежать. Подписалась, наивная идиотка… Стив окинул меня взглядом, остановившись на лице, внимательно его рассматривая и умиляясь тому, как я паниковала. Умилялся он! Я бы и щекой к нему прижалась, если бы не грёбанная косметика… Ещё не хватало его дорогущий смокинг испортить в своём порыве. Проклятье! А ведь так хотелось спрятаться…
Проведя пальцами по моей щеке, он подтянул к себе мой подбородок и настойчиво поцеловал меня в губы. Так глубоко и при этом нежно, что напряжение с плеч спало, словно было какой-то тонкой накидкой. Глаза открывать не хотелось, даже тогда, когда он отстранился, но я услышала его бурчание:
— Эта помада тебе всё равно не очень шла. Скажи, чтобы больше не красили никакой.
— Хах, тебе тоже не идёт, — не сдержавшись, усмехнулась я и взяла с трельяжа салфетку, чтобы стереть с его губ мою помаду.
Видимо, со мной, некрасящейся клушей, совсем забыл, что можно из-за поцелуя попасть в такой просак. Главное, что не злился, тепло улыбаясь мне, пока я старательно вытирала помаду. Что-то было в его серых глазах сейчас, что я никак не могла понять, но казалось: если настоять на своём, наследие капитана Джека Воробья можно будет оставить в шкатулках.
Как только я убрала салфетку от его лица, Стивен наклонился ко мне, касаясь кожи на лбу только своим дыханием. От этого движения по телу побежали тёплые мурашки, а от былого напряжения не осталось и следа. Пока я млела от приятного ощущения, шустрые руки моего мужчины проскользнули за мою спину, а от прохлады камней в колье и щёлкнувшей на шее застёжки я вздрогнула, как будто меня ледяной водой облили.
— Стив, не надо. Ты же знаешь, какая я порой «ловкая», я могу потерять… — еле выдавила я, всеми силами стараясь не выдать подступившее вновь волнение.
— Новое купим, — безучастно сказал он и переключился на браслет, а затем и осторожно надел на мои пальцы кольца. — Всё можно потерять независимо от ловкости. Эти штуки давай сама, я не умею, — Стивен протянул мне серьги на ладони, и я обречённо надела и их.
— Я знаю, это всё — очень дорогое, — тихо и обречённо произнесла я. — Потеряю — не смогу ведь вернуть. Я не хочу тебя расстраивать, а тем более — разорять.
От его громкого смеха я вздрогнула и непроизвольно сжалась, но Стив взял моё лицо в ладони, заставляя смотреть ему в глаза, и вкрадчиво принялся меня наставлять:
— Подарки не нужно возвращать, моя маленькая, их надо уметь принимать и не чувствовать себя при этом обязанной. Знаешь, сколько в недрах нашей планеты этих камней? Все не растеряешь, даже если очень будешь стараться. Нэнси, это просто безделушки. Сколько бы они ни блестели, для меня ценность их блеска никогда не сравниться с блеском в твоих глазах. Ясно?
— Угу, — что-то большее я произнести была не в силах, чувствуя, как слезинки собираются в уголках глаз.
— Вот и чудно, — кивнул Стивен, беря меня под руку. — Едем.
Рассказывать о том, куда именно мы «едем», по его привычке Стив не удосужился. Всю дорогу молчал и смотрел в тонированное стекло автомобиля, за которым накрапывал дождь. Я бы даже немного на него обиделась — я что, зря весь день собиралась? — но вид у него был такой… задумчивый и грустный, что решила его не дёргать. К тому же, моей руки из своей он не выпускал, машинально водя по моему запястью большим пальцем. Ладно, допустим, прощён. Пока что.
Поначалу мне показалось, что наша машина попала в пробку, но это было бы странно в вечер выходного дня, а потом я увидела в отдалении яркие огни стоящего на возвышении здания. Видимо, это был чей-то особняк. Я поёрзала от волнения на месте, а Стив слегка приоткрыл окно и вопросительно посмотрел на меня. С улицы пахнуло свежестью и запахом скошенной травы, а залетающая в проём морось невозмутимого Стивена как будто бы совсем не беспокоила.
— Помимо того, чтобы не пить и не ныть, у тебя есть какие-то пожелания? — Вопрос. Да ну, достало. Я на нервах. Пусть отвечает.
Прищурившись, Стивен выдал вполне ожидаемое:
— С чужими дядями не общаться. У тебя есть свой.
— Мог и не уточнять, — фыркнула я и всплеснула свободной рукой от негодования. — Я их опасаюсь, между прочим.
— Когда они увидят, с кем ты пришла, тебя тоже будут опасаться, — он хитро улыбнулся во все свои идеальные тридцать два зуба, а я невольно поёжилась.
Недолюбливала, когда он улыбался вот так. Как будто скалился. Мой домашний Стив мне нравился гораздо больше. А этот какой-то был надменный, властный, самовлюблённый и бескомпромиссный, готовый порвать любого, кто хотя бы посмотрит в его сторону не так. И ведь вполне мог, вообще не задумываясь и во всех смыслах. Последнее время я часто забывала о том, что Стивен маньяк и собственник. Когда рядом нет других людей, это и незаметно вовсе.
Отвечать ему я не стала, только положила вторую руку поверх его и потянулась к нему, раздумывая по пути, захочет ли он меня поцеловать или отвернётся. Его звериный оскал исчез, улыбка стала мягче, и моих губ уже коснулись его, мягкие и тёплые, не требовательные, а совсем нежные.
Машина остановилась, но в этот раз водитель не выходил: дверь нам открыл кто-то другой. До входа в приветливо светящиеся двустворчатые двери было совсем ничего, но я сразу представила, как моя замысловатая причёска, накрученная умельцами на голове, съезжает от дождя прям по лицу…