К демоновой матери!
Но я все-таки сообразил. Кортес был одним из немногих, у кого пространственные перемещения были чуть ли не одним из идеальных заклинаний. К сожалению, платил он за это собственной кровью — драконьей кровью.
Выдав мне этот буфер времени, Кортес оказал большую услугу.
— Герберт, где мы?
— Тише, тише. Не бойся, девочка моя.
Я понимал, что одного заклятия сохранения тепла будет недостаточно, потому что Анну через несколько часов начнёт знобить. Я заглянул внутрь себя и посмотрел в антрацитовые глаза.
“Значит, так играешь?”
Дракон вскинул морду, намекая мне на то, что я задолбал задавать глупые вопросы.
“А раньше не мог?”
Он теперь ещё и жопой ко мне повернулся, демонстративно ударив хвостом и подняв облако пыли.
— Что это? Почему мы в горах? Почему?
— Потому, что здесь наши дети.
Анна старалась вытереть слезы, только руки не поднимались. Она была напугана и растеряна. А я знал, что Кортес не знает точных координат и выкинет туда, где ближе. А значит, в остальном надо будет добираться самим.
Я питал большую слабость к старым особнякам, потому что построены они были в моменты, когда знать могла принимать у себя Королевских наследников и нужно было всегда иметь способ незаметно уйти.
В горах стоял старый особняк, принадлежащий двоюродной тётке со стороны матери. После её смерти я выкупил его у кузена за какие-то копейки. Он смеялся, говоря о том, что это никому не нужная груда кирпичей и камня. Я послушно кивал, не желая раскрывать тайны старых особняков и замков.
— Ты главное не пугайся. Сейчас все будет хорошо. Я тебе обещаю. Ты же мне веришь?
— Нет, не верю. — Тихо произнесла Анна, цепляясь ногтями мне в ладонь. — Нет, не верю. Ты говорил, что ты не умрёшь в дуэли.
— Я и не умер.
— Нет, ты умер. Я видела… Я видела, как ты кашлял кровью.
— Теоретически да, я умер. — Выдохнул сдавленно. — Но фактически — это была нечестная дуэль. И так происходит, что когда два шулера садятся за карточный стол, обязательно кто-то, в чем-то, кого-то надурит. Я надурил с тем, что у меня было небольшое зелье — травяное, для того, чтобы задержать душу в теле. И кандалы мои закрывал один из очень достойных драконов, который всегда держит своё слово. Собственно, поэтому ставка была на то, что даже, если со мной что-то случится — дракон не даст мне умереть. И он не дал.
— А второй то шулер, что он сделал? — Зло спросила Анна, ударяя кулаками мне в грудь.
Я кашлянул. Остатки оборота мешали нормально говорить, идти, передвигаться и даже мыслить. В голове звенело так, как будто бы внутри бил хромовой колокол.
— А его секундант очень вовремя вмешался в дуэль, где меня и прирезали.
У Анны задрожали губы и она с остервенением вцепилась в меня, не замечая, что ногтями полосует кожу.
— Ты такой дурак! Зачем? Зачем все это? Как ты мог это допустить?
— Я виноват перед тобой. Но я тебе обещал, что из королевского дворца ты отбудешь госпожой Анной Шейн. Я сдержал своё обещание.
— И это значит? — Тихо переспросила Анна, размазывая слезы у меня на груди.
— А это значит, что ты леди Шейн. И без разницы, что будет между мной и тобой в дальнейшем.
Когда я отдышался, смог нормально воспринимать реальность, то на вытоптанном снегу появилась кровавая руна. Анна даже боялась переводить взгляд на пентаграмму.
— Не бойся. — Тихо произнёс я, перехватывая её за талию и втаскивая в центр рисунка. — Сейчас мы к детям.