— Обижаешь, регент, — прогудел Эйтри. — Сам у меня учился. Знаешь же, как мы работаем. Сделаем всё в лучшем виде.
Тор улыбнулся краем губ.
— Спасибо, Эйтри.
Эйтри посмотрел на него. В этом взгляде не было ни одобрения, ни осуждения; было только спокойное гномье принятие чужого решения; Эйтри понимал, что Тор уже всё решил.
— Иди уже. У меня заготовки стынут.
Тор кивнул и пошёл к точке переноса.
Эйтри проводил его взглядом, вроде обычным, привычным, но в этот раз во взгляде у гнома было что-то ещё, лёгкая, спрятанная под бровью тревога.
Тор увидел эту тревогу. И не остановился. Эйтри был мастером, который сделает всё как нужно; но за эту его скрытую тревогу Тор только больше стал его уважать.
Биврёст подхватил его, и через секунду Тор был дома.
Глава 17. Камень Силы
Следующим Тор заберёт Камень Силы.
Найти его будет почти так же просто, как Тессеракт, ведь он, как и Камень Пространства, скорее всего находится в том месте, о котором Тор знает из видений. И это место в текущую эпоху никем не охраняется и не отслеживается. Проблема была в другом: Камень Силы — это не Камень Пространства внутри Тессеракта. У Камня Пространства была оболочка древней работы, мягко его укутывавшая и позволявшая держать куб в голой ладони без последствий; но у Камня Силы такой оболочки не было. Точнее он содержался в некой Сфере, которая являлась вместилищем для него. Сфера держала камень крепко и наружу его не выпускала, но она не была артефактом. Она была сейфом. И чтобы пользоваться камнем, его нужно было из этого сейфа вынуть.
А в голом виде Камень Силы был опасностью вселенского масштаба.
Тор видел это в своих вещих снах. Камень мгновенно вступал в реакцию с любой живой тканью; через носителя, не имеющего соответствующей защиты, начинал прокачиваться бесконечный поток энергии, и поток этот сжигал даже аса; а коснись камень поверхности планеты без артефакта-посредника, цепная реакция сожгла бы всё живое на этой планете.
Поэтому Тор и заказал у Эйтри артефакты заранее. Прежде чем вынимать камень из Сферы, нужно было уже держать в руках готовый наруч.
Прошло несколько недель.
С матерью за это время Тор не разговаривал, он пока ещё не сделал ничего, что требовало бы её внимания. Локи занимался своими делами. Воины Трёх и Сиф несли службу со всем старанием, и у регента не было к ним замечаний. Несколько раз встречался с Сильвией; о делах она не спрашивала никогда, у них с самого начала было так заведено, они просто без слов дарили друг другу тепло и удовольствие.
Когда наруч был готов, Эйтри прислал весть.
Тор давно выковал артефакты связи, пару магических зеркал, через которые они с Эйтри связывались в обычное время. Но в этот раз Эйтри отправил весть через свой королевский терминал, который был настроен напрямую на тронный зал Асгарда; и Тор, сидевший в эту минуту на троне, получил сообщение прямо в разум.
На следующий день Тор стоял в Радужной палате.
Он был полностью экипирован; хоть тело бога само по себе вынесло бы то, что ему предстоит, но зачем лишний раз превозмогать там, где можно всё сделать с комфортом. В пространственном кармане лежал новый изолирующий контейнер наподобие того, что был сделан под Тессеракт, только заметно больше: точного размера Сферы Тор себе не представлял и поэтому сковал с запасом. На груди висел защитный амулет, немного грубая работа ещё времён ученичества, который по желанию владельца покрывал тело тонким силовым полем. На боевую защиту поле не тянуло, выстрел бластера или хороший магический удар не удержит, но против агрессивной среды, давления, кислоты или вакуума, поле работало хорошо. Голову обтягивал обруч, который позволял видеть в темноте и дышать в безвоздушной среде.
Хеймдалль смотрел на него внимательно.
— Регент.
— Хеймдалль. Найди планету Мораг. На ней должны быть руины храма Килосс. Скорее всего, под водой. Посмотри, лежит ли там некая Сфера.
Хеймдалль не двинулся. Его золотые глаза прошли через расстояние между мирами.
— Вижу цель. Десятый сектор, храм Килосс, пьедестал.
Тор положил на плечо Хеймдалля ладонь.
Он заранее придумал способ, который нужен для исполнения замысла. Через ладонь и касание Тор чувствовал ментальный вектор стража, ту самую узкую направленную струю внимания, которую Хеймдалль в этот миг удерживал на конкретной точке пространства-времени. Тор своей волей настраивал на этот вектор Тессеракт; куб потянулся в ту же сторону, и сам, без слов и объяснений, запомнил: координаты, плотность среды, форму пьедестала. Запомнил всё, что нужно для прыжка.
Тор убрал руку с плеча Хеймдалля.
— Хеймдалль. В Свартальвхейм. В любую тихую точку.