К этому привыкать нельзя.
— Наш брак заключён ради союза родов, — сказала я. — Насколько я понимаю, личных отношений он не предполагает.
Арвен смотрел без выражения. Только уголок губ дрогнул. Не улыбка. Скорее отметка в уме: интересно.
— Вы верно понимаете.
Горло пересохло. Я всё равно продолжила:
— Тогда я прошу выделить мне отдельное содержание и разрешить жить вне замка.
В коридоре стало так тихо, что я услышала, как где-то за стеной щёлкнул замок двери. Или это отозвались мои нервы.
Арвен не ответил сразу. Он подошёл ближе, и мне пришлось удержать себя на месте. От него пахло дымом, прохладной кожей и чем-то острым, металлическим. Драконья магия? Я не знала. Но тело Элиры узнало этот запах и сжалось изнутри старым страхом.
Не моим.
Чужим.
От этого захотелось разозлиться. Тихо, глубоко. На себя. На него. На прежнюю Элиру, которую так долго учили бояться собственного мужа.
— Вы хотите уехать, — произнёс Арвен.
— Да.
— К отцу?
Я не знала, жив ли её отец. В памяти всплыла полная рука с печаткой, запах крепкого вина, голос: «Ты должна быть благодарна, девочка. Рейс даст тебе защиту». Ничего тёплого.
— Нет.
— К любовнику?
Лицо обожгло краской. Не от стыда за то, чего не было. От грубости, сказанной без злости. Он ударил туда, куда считал нужным, и смотрел, как глубоко вошло лезвие.
— У меня его нет, милорд.
— У моей жены его нет, — согласился он. — Поэтому вопрос и возник.
Я встретила его взгляд. Сердце било в грудь уже слишком сильно, но голос держался.
— Я прошу не потому, что к кому-то ухожу. Я прошу потому, что не хочу оставаться там, где моё присутствие всем неудобно.
— Всем?
— Вам — в первую очередь.
Он слегка наклонил голову.
— Вас задела Калиста.
— Меня задела ясность, — ответила я после короткой паузы. — И она полезна.
В его глазах мелькнуло что-то тёмное. Не раздражение. Интерес. Опасный, холодный, как лезвие, которое вынимают из ножен.
— Раньше вы плакали, Элира.
Я сжала пальцы на папке, чтобы не выдать дрожь. Вот оно. Проверка.