Я усмехнулся про себя. Надо же, впервые мы с этим снобом сошлись во мнениях.
Мы тащились около часа. Каждые десять минут делали остановку. Руки затекли, плечи горели огнём. Никто больше не ругался. Все экономили дыхание. В какой — то момент я поймал себя на мысли, что перестал ждать от Коновалова удара в спину. Он стёр ладони в кровь о грубую кору носилок, его красивое лицо перепачкалось грязью, но он не ныл и не просил привала.
— Стойте, — тихо сказал Костя, поднимая руку.
Мы осторожно опустили носилки на землю.
— Что там? — выдохнул я, разминая затёкшие кисти.
— Туман кончается.
Я прошёл на несколько шагов вперёд и раздвинул ветки кустарника.
Роща действительно закончилась. Серая пелена оставалась за нашими спинами. Впереди расстилался огромный, поросший густой зелёной травой луг. Где — то далеко, на самом горизонте, сквозь редкие облака пробивались лучи солнца, освещая массивные каменные башни Академии и ряд красных столбов, обозначающих безопасную зону.
До спасения было рукой подать. Километра два по открытой местности.
Вот только прямо посреди луга, возвышались три туши.
Тапки.
Метров пять в длину, покрытые роговыми пластинами, с массивными, как у носорогов, головами. Они лениво щипали траву, периодически издавая низкое, вибрирующее мычание.
— Твою мать, — прошептал подошедший Коновалов. — Они стоят прямо на нашем пути.
— Вижу, — сглотнул Костя. — Обойти не получится. Слева обрыв, справа начинается болото. Нам придётся идти прямо через луг.
Мы замерли на опушке, глядя на эти тапки.
— Старшина говорил, Тапок туп как пробка, — медленно начал я. — И слеп. Значит лежим наблюдаем. Мы сможем понять их маршрут. В общем предлагаю перерыв.
И правильно, минут через пять по лугу лёгкой рысцой пробежались пяток рапторов. Тапки на них тут же уставились и рапторы замерли. Даже башками не крутили.
— Слух и обоняние у тапков идеальные, — мрачно добавил Костя. — Мы с носилками будем шуметь, как стадо слонов. Они нас услышат на середине пути.
— Значит, нам нужно отвлечь их внимание, — Коновалов разминал руки. — Дать им цель, которая будет шуметь громче нас.
Я посмотрел на Коновалова.
— Нам нужны короткие позывные… ты будешь конь! Вон какой здоровый.
Коновалов нахмурился — а ты заяц!
— Идет! У тебя остались силы? Хоть немного?
— Капля, — признался Коновалов. — На щит не хватит. Просто на хлопок.
— Что еще умеешь? Да прекрати, нам вместе выживать!
— небольшой шар огня, буквально с мячик.
— Сможешь кинуть его вон к тем камням на востоке? Максимально далеко от нашего маршрута.
— Смогу. Но, во первых через пару часов только накоплю на шар и во вторых как только я применю магию, Тапки рванут туда. А потом, когда никого не найдут, будут на стороже.
Мы переглянулись. Бежать по открытому полю с носилками, пока три бронированных локомотива ищут источник шума. Одно неверное движение, один хруст ветки под ногой — и нас раскатают в кровавый блин.
— Сделаем так, — скомандовал я, уже не задумываясь о субординации. — Костя, ты берёшь носилки спереди, я сзади. Мы идём максимально быстро и тихо. Коновалов… Конь, ты бьёшь искрой по камням и догоняешь нас. Идём след в след. Если кто — то падает — не орать.