Warhammer 40,000. Семь Клятв Святой Девы: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Аврелия открыла рот, пытаясь что-то сказать. Может, проклятие или мольбу, а может, просто хотела плюнуть напоследок. Но Ари не предоставила такого шанса и выстрелила мутанту между глаз.

Звуки стихли не сразу. Грохот болтера ещё отражался от стен эхом, демонетки у ларца визжали, кто-то из гвардейцев Вейна матерился в дальнем проходе, а Марта со знанием дела и пониманием процесса ругалась мне прямо в ухо. На несколько ударов сердца я перестал слышать окружающий шум. Перед глазами стало серо, как в тумане перед рассветом. Я понял только одно, что если Марта сейчас отпустит, я рухну на этот залитый кровью пол и уже не поднимусь, скорее всего, никогда.

Аврелия конвульсивно дёрнулась всем изломанным телом раз, другой, и затихла.

Мириам не стала верить тишине. Она прижала сапогом обрубок лапы, убедившись, что та не дёрнется, наклонилась, ткнула клинком в раскрытую грудь твари, провернула для верности, и только потом отступила на шаг.

— Мёртвая, — сказала она. — Теперь уже точно мёртвая. Можно не караулить.

Ари повернулась ко мне.

Я лежал на роккрите, придавленный собственным весом и руками Марты, держал рот открытым и пытался втянуть воздух. Получалось откровенно плохо. В груди колотило рваными сериями, с перебоями, носом я уже почти не дышал, кровь стекала к губам и мешала говорить. Вид у меня, наверное, был тот ещё. Как у мясника после долгой смены на бойне, только мясник обычно не лежит в луже собственной крови.

Ари встала передо мной на одно колено, опустившись на уровень моего лица.

— Кром, — сказала она, и в её голосе было что-то похожее на уважение. Или на жалость. С Сёстрами никогда не поймёшь. — Ты совершил сегодня больше, чем от тебя требовалось. Скажи, что я могу сделать для тебя.

Я хотел засмеяться, но вместо смеха вышел мокрый, хрипящий кашель. Марта тут же повернула мою голову набок, чтобы я не захлебнулся, и прижала ткань к губам.

— Сначала вдохни, потом проси, — сказала она. — И красивую смерть не проси. У меня на тебя другие планы, Кром, и они все, мать твою, неприятные. Ты мне ещё много смен должен отработать за такие фокусы, санитар.

— Купель закрыть, — выдавил я, собрав остатки голоса. — Обряд остановить. Никого наружу без проверки. Это не траур, Сестра. Это очаг. Заражение. Понимаешь?

Ари посмотрела на проход в Зал Саркофага, потом на останки Аврелии, разбросанные по ступеням.

— Ты просишь закрыть Купель и остановить обряд? — переспросила она медленно. — Ты понимаешь, что это значит?

— Я санитар, — сказал я. — Если в ране гной, её не украшают ленточками. Её чистят, промывают и зашивают. Или отрезают.

Марта тихо выругалась, но в её голосе было что-то похожее на одобрение.

— Вот теперь я согласна с пациентом. Ненавижу этот день, но он прав.

Ари поднялась, отряхнув колено от крови и грязи.

— Мириам, пост к Залу Саркофага. Две Сестры с тобой. Никого внутрь без моего личного приказа, ни единой души.

— Досточтимый Ферр Вольт, — добавила она, повернувшись к техножрецу. — Будьте так добры, под запись. Всё, что здесь произошло.

Ферр повернул к ней голову, и его окуляры мигнули красным.

— Требуется немедленный доступ к саркофагу для оценки состояния ксенотехнического механизма и жизненных показателей субъекта Святая Вероника, — сказал он своим монотонным голосом. — Отсрочка недопустима.

— Сначала караул и запись. Потом осмотр ксенотеха, всё это может быть еретическая ложь. Она не должна бросить тень на Святую и крепость-монастырь.

— Отсрочка может привести к потере критически важных данных о состоянии машины и её содержимого.

— Данные потом, Ферр. Голова у тебя одна, и я не уверена, что Механикум пришлёт запасную вовремя.

Ферр помолчал. Его окуляры мигнули дважды, обрабатывая информацию и, вероятно, просчитывая вероятность того, что Ари выполнит угрозу.

— Принято.

Ари повернулась к залу. Она стояла посреди крови, копоти и чёрной слизи, натёкшей из того, что осталось от Аврелии. Плечевой щиток был рассечён до подкладки, на щеке тёмнела полоса от ихора, перчатка на правой руке прожжена насквозь, и сквозь дыру виднелась покрасневшая кожа. Выглядела она так, будто её протащили через мясорубку и выплюнули обратно. Впрочем, все мы сегодня выглядели не лучше.

— Слушать всем, кто ещё жив и способен понимать слова! — голос Ари был охрипший, но командный тон никуда не делся. — Крепость закрывается на карантин. Купель не принимает тела. Старый обряд остановлен до особого распоряжения. Раненых принимать. Мёртвых принимать. Никого из крепости не выпускать до полной проверки и отмены карантина.

Кто-то из гвардейцев Вейна, молодой сержант с перевязанной головой, шагнул вперёд. На лице у него было выражение, которое появляется, когда слышат что-то противоречащее здравому смыслу.