«Вы нам не верите? Мы не побоялись приехать к вам...»
«Потому что знаете: мы никогда не нападаем первыми и умеем уважать посланников.»
«Не хотите в Яромле, значит, можно где-нибудь ещё», — предложил самый старший из украинцев, явно стараясь избежать спора. — «Только скажите, где.»
«Хорошо, пусть будет завтра возле Яромля. В лесочке у перекрёстка дорог. По три человека, без оружия.»
«Согласны.»
На следующий день в назначенное время мы оказались в оговорённом месте. Василевский, Каминский и я пришли без оружия. В нескольких сотнях метров от нас, в кустах и возле дороги Яромель-Юзефин, расположилась группа прикрытия из нескольких человек. Среди них был Зигмунт Синицкий со своим неизменным лёгким пулемётом «РКМ».
Учитывая предыдущий ход событий, мы были готовы к худшему. Сразу же по прибытии на место мы обнаружили, что за нами наблюдает группа бульбовцев, спрятавшихся в лесу. Таким образом, за безопасностью посланников следили обе стороны.
От уповцев пришло трое — двое из предыдущей делегации и один, значительно моложе их, с быстрым, но в то же время мрачным взглядом.
«Я знаю этого молодого» — прошептал Альбин Камински. — «Это Вася Калуж, школьный товарищ Стефана.»
«Добрый день.»
«Добрый день.»
«Ну, как там ваши командиры», — беззаботно спросил я, — «обдумали?»
«Наши командиры никогда долго не обдумывают», — ответил молодой, вызывающе глядя на Альбина.
«Мы знаем об этом, знаем...» — вставил Каминский.
«Они поддерживают ваше предложение о прекращении боёв», — продолжил Вася, не обращая внимания на замечание Камински, — «и хотят встретиться с вами в более широком кругу, чтобы подробно обсудить условия соглашения.»
«Ещё раз? Уже в третий раз мы собираемся в полном составе, идём вам навстречу, но ваших командиров ещё не видели.»
«Неизвестно, видели ли вы их», — гордо ответил Васька. — «Может, это не так. А если хотите увидеть больше, то назначим встречу.»
«Но мы уже встретились...»
«Здесь не место для встреч. Давайте встретимся в Домашове167.»
Теперь для нас всё стало совершенно ясно. Бульбовцы просто хотели заманить всё наше командование в засаду. Домашов находился примерно в шести километрах от Яромля. Встреча в Яромле их уже не устраивала. Мы, конечно, знали, почему. Яромль был расположен в лесу. А в лесу обе стороны могли бы собрать любое количество вооружённых людей для охраны своих делегатов. Домашов же лежал среди полей. Можно было с большого расстояния сосчитать всех приближающихся людей. Не зная силы противника, мы должны были бы раскрыть свои силы до начала переговоров.
«Скажите своим командирам», — сказал я, раздражённый этой наглой провокацией, — «что они могут встретиться с нами только здесь, в этом месте. Мы даём вам три дня на размышление. Через три дня сюда придёт наш человек, который принесёт нам ваш окончательный ответ. Согласны?»
«Согласны. По одному человеку?»
«По одному...»
Итак, третья по счёту встреча не принесла ожидаемых результатов. Мы возвращались в лагерь разочарованные и разъярённые.
«Так этот Вася был школьным товарищем Стефана?» — спросил я Каминского, вспомнив его поспешную информацию перед началом переговоров.
«Да, они ходили вместе в школу, но не виделись уже несколько лет.»
«Надеюсь, он не изменился так же, как другие...»
«О ком ты говоришь?»
«Ну, хотя бы Сачко-Сачковский. Или Яромелец... Они повесили своих жён. Это факты. Таких фактов можно привести еще много.»
«Какое-то безумие. У меня это всё не укладывается в голове.»
[167] Domaszów, ныне село в Киверцовском районе Волынской области Украине — примечание переводчика