Анна слегка кивнула, глаза ее вернулись к обычному виду. Она продолжала рисовать деревья, будто ничего не произошло.
— Это для лекарств?
Анна подняла на него глаза, а те вновь стали совершенно белыми. Перед его внутренним взором возник новый образ: ее отец спорит с Бригером, яростно жестикулирующим и тыкающим пальцем в экран с графиками. Затем возник планшет в руках Анны: «Они хотят больше, чем лекарства. Им нужна память хаарс».
Том нахмурился. Анна не смотрела на него, внимательно прорисовывая траву.
— Значит, они хотят контролировать твою генетическую память, — проговорил он негромко, словно размышляя вслух. — Думаешь, для того, чтобы получить доступ к технологиям хаарс?
Анна кивнула, не отрываясь от блокнота. Том почувствовал, как сжимаются кулаки от бессильной злости.
— Бригер тебя запугивает? — спросил он после паузы. Вообще-то на языке вертелось другое слово.
Анна подняла на него побелевшие глаза, и возник образ: Бригер стоит над ней, грубо держит за подбородок, что-то говорит людям за ее спиной. Анна поднимает перед собой блокнот, на котором написано: «Это лишь инструмент. Ее кровь принадлежит нам».
Том тяжело сглотнул, ощущая, как внутри нарастает гнев.
Анна вернулась к рисунку, теперь штрихи ложились нервно. Через пару минут она осторожно взглянула на Тома. Перед ним появилась другая сцена: группа людей в униформе собрана вокруг стола. На экране карты и графики, на лицах напряжение. Еще один листок: «Коалиция блокирует поставки, скоро начнутся голодные бунты. Федерация требует решение».
Том кивнул сам себе, складывая увиденное в общую картину. Федерация была на грани кризиса — и Анна только что дала ему важную часть информации.
— Почему ты нам помогаешь? — спросил он, повернувшись к ней ближе.
Анна на секунду замерла, и он увидел новую надпись: «Я устала бояться. Люди не должны исчезать бесследно».
Том не стал ничего говорить, лишь коснулся ее руки, пытаясь поддержать. Его пальцы случайно скользнули по ее запястью, и он удивленно замер:
— У тебя нет чипа?
Анна отдернула руку, глаза вновь обрели привычный цвет, и она ответила вслух:
— Никогда не было.
Том нахмурился, решив позже обдумать этот момент. Охранник шагнул ближе, давая понять, что время прогулки истекло.
Анна закрыла блокнот, встала, слабо улыбнулась своему конвоиру, будто случайному встречному, и ушла, оставив Тома одного на скамье с тяжелыми мыслями и тревогой, которая не исчезла под теплом солнечных лучей.
Убедившись, что рядом никого нет, Том включил комм и проверил сообщения. Не прошло и минуты, как за ухом заиграл сигнал входящего вызова. Видео не передавалось, поэтому окно он открывать не стал, лишь не глядя мазнул пальцем по запястью.
— Я не люблю ждать, — сообщил Бригер без предисловий. — В следующий раз, когда я позвоню…
«Я заранее выключу комм», — подумал Том и пропустил мимо ушей цепочку угроз. Мозг был слишком занят другим.
— Нашли, что я просил?
— И да, и нет. Времени маловато.
— Вы тратите время не на то.
— Делаю, что могу, — не покривил душой Том.
— К вашему заданию есть дополнение. Если мой дорогой друг вздумает соваться в здание, избавьтесь от него.
— Убить?
— Убейте, закопайте, можете сожрать, если хотите, мне все равно, — проскрипел голос в ушном чипе.
Том оценил щедрое предложение. Спасибо, сам доедай.