— Вы утверждаете, что ваши приступы возможно не заметить? — презрительно усмехнулась она, неприкрыто подозревая его в сокрытии фактов.
— Я не помню ничего из того, что было со мной в прошлом году, — ответил Том, стараясь сдержать гнев. — Воздействие неизвестного вещества. В моем деле все указано.
Она вздохнула, явно недовольная, и потребовала детали. Том молча открыл виртуальное окно комма и отправил отчет, внимательно следя за ее реакцией. Глаза врача слегка расширились, и на ее лице мелькнуло удивление, впервые сменившее раздражение.
— А что военные врачи? — спросила она уже мягче, очевидно, осознавая серьезность ситуации.
— В Коалиции? — Он горько усмехнулся. — Вы первый мой врач с нормальным образованием.
Она вздохнула, закрыв глаза, будто ей было больно признавать собственную беспомощность:
— Вам нужна нормальная больница. Серьезная диагностика. Камера регенерации…
От этих слов последняя надежда внутри рассыпалась в прах, оставив опустошение и горечь.
— Идите за мной, — нервно произнесла врач, выходя из комнаты и направляясь дальше по коридору.
Главное отделение выглядело приличнее: светлее, чище и с иллюзией уюта в виде пластиковых цветов на столах. Том проследовал за ней в небольшую смотровую комнату, где за столом сидел лысеющий мужчина в зеленой медицинской форме. Врач перекинулась с ним парой фраз и поспешно удалилась.
Том переслал результаты на терминал и стал ждать реакции.
— Случай интересный, — протянул мужчина, бегло глянув на экран, и тут же поджал губы. — Но помочь не могу. Мы принимаем только людей со страховкой.
Том мысленно выругался и собрался было уйти. Страховка — удобное слово, когда запрещено говорить правду. Впрочем, пациентов лысый назвал людьми отнюдь не случайно, сделав упор и на это.
Том развернулся к двери, но в этот момент комм завибрировал. Он открыл виртуальное окно на запястье:
«Шифрованное анонимное соединение от устройства в радиусе двух метров. Принять?»
Не оборачиваясь, Том молча ткнул в подтверждение. На экране высветился номер с длинной цепочкой нулей.
Значит, лысому все-таки стало интересно. Внутри появилось мрачное удовлетворение: это был шанс, которая мог все изменить. Правда, в какую сторону — оставалось загадкой, и это беспокоило больше всего.
Глава 11. Шарлотта
Я стояла на ступеньках медицинского центра, разглядывая совершенно бесполезный пластырь на указательном пальце и изображая, будто сейчас нет ничего важнее этого нелепого микроскопического пореза. Услышав за спиной знакомые шаги, я подавила улыбку и с напускным безразличием обернулась.
Том остановился напротив, слегка приподнял брови и бросил на меня подчеркнуто насмешливый взгляд:
— Что, слежка за мной теперь официально входит в твои обязанности?
Я театрально округлила глаза и вздохнула, пожимая плечами:
— Слежка? Не льсти себе, дорогой. Видимо, я случайно позволила тебе слегка переоценить твою значимость.
Он усмехнулся, оценив колкость, и его взгляд скользнул по моему пальцу.
— Тогда что ты здесь делаешь? — Его голос прозвучал издевательски участливо. — Неужели такое серьезное ранение?
— Невероятно тяжелое, — ответила я с напускной серьезностью, драматично закатывая глаза. — Бумагой порезалась, понимаешь? Срочно понадобилась профессиональная помощь.
Он хмыкнул, скептически оглядывая облезлый фасад медцентра:
— И ты, конечно же, выбрала лучшее медицинское учреждение во всей нейтральной зоне. Безупречный вкус.
Я не удержалась и улыбнулась, чувствуя, как раздражение постепенно уступает место чему-то гораздо более приятному.
— А у тебя как дела? Получил квалифицированную помощь или тоже пластырем отделались?