— А кормить я их чем буду на болоте? — мрачно уточнило Чудо-Юдо. — Думаете, я тупое?
— Ну, курицы же всеядные, — почесал затылок парень. — Но можно подумать о каком-то корме в обмен. Мы тут вообще-то тоже на краю болота живем, а клубнику ты не в болоте собирало.
— Твоя правда, барыня, — кивнуло чудище и по-новому посмотрело на мешок с оставшейся квочкой. — Я подумаю, вот только болеть они на болоте будут.
— Не такие тут болота, — ответил священник. — Местность и в самом деле болотистая, да всё ж не чащоба. Люди в худших условиях живут, да скотину выращивают. А вот то, что тебе с сущностью справиться своей тяжело, да хочется сразу всё сожрать — с тем бороться можно.
Чудище болотное вздохнуло.
— А то вы не знаете, как со страстями бороться трудно?!
— Знаю, — кивнул священник. — Потому и говорю, что можно. Бог в помощь!
Креститься чудище не стало, это совсем бы добило Валеркину психику. Но расстались все вполне мирно.
Сели в повозку, покупки вручили Парашке, которая молчала, подавленная важными персонами вокруг себя. Глашка бы трещала без умолку, а эта застеснялась и ушла в себя.
— Скажите, отец Владимир, — наконец произнес Валерка то, что его давно мучило. — А разве Церковь не против всяких чудищ?
— Всякая тварь угодна Богу, — отозвался священник. — Ежели чтит законы Его!
— Но чудища не больно-то чтят законы, — удивился парень. — С тем же Чудом-Юдом мы договор заключили, а вообще оно тут путников ело. Правда, у него плохо получалось, но это оттого, что оно еще маленькое.
— Наша задача попытаться вывести любую заблудшую душу к свету. Даже ежели это душа чудища. Ибо, ежели Господь допустил создание чудищ, значит, оно зачем-то было надо.
— А ежели они от Дьявола? — сам не зная зачем ввязался Валера в полемику.
— Господь всемогущ, а Дьявол послан нам, дабы мы укрепились в Вере!
— Не все так думают, — подал голос управляющий.
— Ваша правда, — смиренно ответил отец Владимир. — Однако же не в моей компетенции лишать жизни существо, даже если оно выглядит не так, как человек. Вон, Горыныч Царю-батюшке служит, а значит, и у других чудищ есть шанс жить в мире.
— Повезло нам с вами, — искренне выпалил Валерка. — Я хочу, как лучше, но не всегда знаю, как это.
— Ничего, чадо, научишься!
Отец Владимир опять широко всех перекрестил. Валерка перекрестился без напоминаний с Леркиной стороны. Вообще этот процесс стал у него получаться сам собой. Кажется, входило в привычку.
В усадьбу вернулись, когда уже смеркалось. Почаевничали. Отец Владимир от трапезы отказался, а вот чай пил с заметным удовольствием, прихлебывая горячий ароматный напиток и прикрыв глаза.
— Куда вас поселить? — спросил Валерка, который, несмотря на дикую усталость, опасался ложиться спать. — Мы приготовили вам отдельную комнату на первом этаже, пока не построили школу. Стройка — это не быстро, но надо же вам где-то жить.
— Меня устроит любая комната, — безразлично отозвался священник. — Первый этаж — это хорошо, мне не по чину в барских покоях обретаться. К слугам ближе.
— Я бы с удовольствием поселила вас в барских покоях, — честно отозвался парень, — но, понимаете, там живу я. А другой комнаты у нас нет.
— Есть еще флигель, поближе к ученикам, — напомнил Прохор, — но там ужасно шумно. Цех, бывает, допоздна работает, как барыня их ни гоняет почивать с заходом солнца, а девки они и есть девки, им только дай возможность посплетничать подольше. Там и станки, бывает, работают-стучат, и девки ржут как кони.
Священник только рукой махнул.
— Ежели будут вопросы какие, так я обращусь, не постесняюсь!
— Ну, и Слава Богу! — честно заметил Валерка. — Мне бы хотелось, чтоб вам у нас понравилось. Проводить вас до комнаты?
«Дурак! — простонала Лерка. — Что ты творишь! Пущай Парашка провожает!»
— Вот, Параша проводит, — тут же поправился парень. — Но, если будут вопросы — вы не стесняйтесь!