Лес мха: читать начало книги онлайн

– А есть другой способ? Марко, ты же знаешь, это… закрытый мир.

Парень не мог забыть выражение лица Кёркуса, который говорил ему эти слова. Поражение. Так он описал результат борьбы прошедших месяцев.

– Нет, – еле слышно прошептал Марко, так, чтобы коллега его не услышал.

Ни одно из требований бастующих не было исполнено. Они просили раскрыть детали договора компании с предприятием и поднять работникам выплаты в соответствии с бюджетом, однако в начальстве лишь ответили, что не обязаны ничего раскрывать. Более того, они сказали, что все, кто продолжит забастовку, будут уволены из-за нарушения условий контракта.

Значат ли слова Кёркуса о закрытом мире то, что, живи они на поверхности, все было бы иначе? Имел ли он в виду, что, раз здесь нет ни неба, ни моря, которое можно пересечь, ни пещеры, куда можно было бы спрятаться, людям только и остается поднимать белый флаг? А там, наверху, стало бы легче? Такой ли это мир, где при желании можно переехать, при опасности – остановиться, а при неудаче вернуться назад? Марко никогда не жил в нем и не мог знать наверняка.

В некотором смысле Марко был даже немного рад тому, что все закончилось. Конечно, его бы устроило и повышение зарплат, однако все могло обернуться с точностью до наоборот, и от мыслей о подобном исходе накатывала тревога. Парень только и ждал, когда забастовке поскорее настанет конец. Но даже после этого он не ощутил облегчения, о котором мечтал. Он слегка успокоился, а на душе все равно оставался камень.

– Вы отлично справились.

Марко сказал довольно общую фразу, но она действительно была правдивой. Только вот Кёркус сейчас был не в том состоянии, чтобы принять чьи-то искренние слова. Он выглядел еще более худым, чем в прошлый раз, и у него совсем не было сил.

– Спасибо, – ответил он, пожав руку Марко. Его ладонь была совершенно ледяной и слабой, даже не ощущалась человеческой. – Я видел, как ты тоже поставил подпись. Ты нам сильно помог.

Кёркус слабо улыбнулся, а из его рта потекла кровь. Он продолжал улыбаться до тех пор, пока его бессильные руки не упали на пол.

Без сознания, старшего коллегу доставили в больницу. Марко хотел поехать с ним, но из-за приближающейся смены не смог.

Во время обеда в столовой работники только и обсуждали произошедшее с Кёркусом. Кто-то сказал, что он долгое время не принимал VA2X. Все шептались, не сделал ли он это специально, но Марко точно знал, что у Кёркуса просто не было денег на таблетки. Разве он не был полностью уверен в том, что переговоры с компанией пройдут успешно? Раз был так настроен на победу, то как смог бы настолько себя подвести? И смог бы тогда говорить о поражении? Или то было, наоборот, для него выигрышем, нет? Но и компанию тоже не будет неправильно назвать победившей. Все, чего хотел Кёркус, – это равноценная оплата за труд, в то время как в руках компании была вся его жизнь. Бой был неравным. Их инструменты отличались, как и ставки. Так что компания не победила. И Кёркус был не поражен, а растоптан.

От подобных мыслей Марко ощутил дискомфорт. Ему вспомнились красные от крови зубы Кёркуса. Парень так и не смог закончить свой обед, убежал в туалет и выблевал там все, что успел съесть. Из него вылилась еда вперемешку с кровью, а внутри, как маленькие зернышки, плавали зубы. Отпрыгнув назад от испуга, Марко тут же провел рукой по своим зубам, но все они, к счастью, были на месте, а рвота больше не была красной.

С тех пор у Марко появилась привычка. Каждый раз, когда он ощущал беспокойство, он проводил по зубам языком.

Кёркус все не мог оправиться. Говорили, что он какое-то время еще будет отдыхать в связи с состоянием здоровья. В тот же день Марко отправился в больницу, однако ему сказали, что коллегу уже выписали. Поспрашивав людей, он узнал, где жил Кёркус, и пришел к нему домой, но так и не встретился с ним. Сколько бы парень ни стучал в дверь, в квартире не было никаких признаков жизни. После этого Марко еще несколько раз приходил, только до конца года так ни разу и не увиделся с Кёркусом.

Он куда-то уехал. Совсем пропал. По крайней мере, так думал сам Марко. Но разве это возможно? Ведь подземный город огражден стенами. На поверхности, говорят, край земли – это утес или берег моря, но здесь, внизу, граница – это бетон. Стена, сквозь которую не пролезет даже песчинка. Единственное место, где можно было бы спрятаться, – в узких проходах между стенами. Их ширины недостаточно для того, чтобы протиснулся человек, только если бы перед этим его не раздавили в лепешку.

Несколько недель спустя начальство собрало у себя всех работников и пообещало сильно повысить зарплату, начиная с приближающегося Нового года. Они сказали, что постараются сделать так, чтобы после повторного подписания контрактов каждый смог получить оплату, соответствующую отработанным часам. Все обрадовались новости и захлопали в ладоши. Директора пожимали руку каждому сотруднику, склонив перед ними головы, и благодарили за то, что те приложили усилия для развития компании. Когда пришла очередь Марко, он пристально взглянул на руку, которую ему протянули. Можно ли пожать ее? Кёркус, кому действительно стоило принимать рукопожатие, не появлялся уже которую неделю. Может быть, поэтому Марко чувствовал себя виноватым перед ним. Ему хотелось спросить, заходили ли начальники к нему, извинились ли и перед ним тоже? Заверили ли, что впредь будут обращаться лучше? Знают ли вообще, где он? Почему изначально не приняли его требований? Есть ли какие-то причины, по которым этого нельзя было сделать раньше, а сейчас можно? Не стоило ли бы им в таком случае объяснить, в чем разница? Почему сейчас, почему только сейчас вы проявляете такую щедрость? Почему вы лишь наблюдали до тех пор, пока на Кёркусе не осталось лица, почему нельзя было согласовать все раньше? Не было бы лучше поторопиться?

В голове Марко крутилось так много вопросов, однако ни один из них он так и не озвучил и просто пожал начальнику руку. Если подумать, было даже к лучшему, что со следующего года начнут больше платить. Хорошо то, что хорошо кончается, так ведь говорят? Если бы Кёркус узнал об этом, где бы он ни был, точно обрадовался бы таком исходу. Вот бы он поскорее поправился и вернулся. Тогда для него это действительно будет победой, а не поражением. Начальник, глядя на Марко, улыбнулся, его клыки заблестели золотым цветом. Марко провел языком по зубам. К счастью, все были на месте.

Это был последний день года.

В честь этого все сотрудники лаборатории ушли домой раньше, и Марко, задержавшись в пустой производственной комнате, оставалось лишь разбавлять скуку мелодичным стуком собственных ботинок об пол. До конца смены оставалось еще четыре часа, а все его друзья уже собрались у Толги дома и праздновали Новый год. Пусть он и сказал, что придет, как только закончит работать, на самом деле его первыми мыслями было пойти к Ынхи. Отправившись к ней, он наверняка задержится до полуночи, и если его друзья, в особенности Чиюки, узнают, почему парень нарушил их многолетнюю традицию, то обязательно расстроятся. Но что поделать, ведь сегодня у Ынхи был день рождения.

В шкафчике Марко в комнате отдыха лежала сумка – подарок для Ынхи. Ее сделали из синего свитера, который парень в тот раз не отдал Юо, а вместо этого сдал в переделку. На сумке висела брошь в виде кита, и она была ушита белыми бусинками, напоминавшими снежинки. К сумке прилагалось письмо, но Марко за всю ночь так и не смог придумать, что написать, поэтому оно гласило лишь «С днем рождения». По правде, ему много чего хотелось сказать, только слова на бумаге казались более банальными, чем звучали в его сердце. Потому Марко решил, что на письме оставит лишь одну фразу, а все несказанное он бормотал себе под нос целую ночь напролет.

Сейчас парень шептал их себе под нос под ритм стука собственных ботинок. Он не знал, как это преподнести, с каким тоном и каким голосом, в каком темпе. Так, топчась и бормоча в пол, он вскоре остановился у лестницы, под которой впервые встретил Ынхи. Тогда он был ростом меньше двери, ведущей в хранилище, а сейчас сравнялся с ней. Марко нажал на сенсор, дверь автоматически распахнулась, и он увидел слои одежды перед собой. Парень слегка пригнулся и прошел внутрь хранилища.

Марко вспомнил о том, как Ынхи здесь несколько часов пела и складывала одежду. Это пространство действительно крохотное, но, возможно, благодаря пению ей было легче находиться здесь. Может быть, она даже чувствовала себя свободнее, раз могла вдоволь петь.

Пока Марко был погружен в воспоминания, откуда-то из стен вдруг раздался шум. Сперва парень решил, что ему послышалось, но затем звук повторился, а по стенам и потолку прошлась вибрация. Пуговицы на одежде загремели. Бум, бум, бум, бум. Взгляд Марко упал на вентиляционное отверстие. Точно, здесь же есть вентиляция и водопровод.

Весь подземный город пронизывали водопроводные трубы размером с человека. Первое, чему Марко обучили при приеме на работу, – это план города. Требовалось ознакомиться не только с трубами, но и с электропроводными каналами, так что Марко прекрасно знал планировку. Как и то, что через водопровод можно попасть куда угодно. Трубы нигде не были перегорожены. Марко встал со своего места и подошел к вентиляционной шахте: оттуда дул небольшой ветерок, слегка поднимавший волосы. Бум, бум, бум, бум. Что-то передвигается по одной из труб, соединяющейся с вентиляцией. Оно либо движется сюда, либо, наоборот, подальше отсюда – по звуку было сложно определить точно. Марко продолжал смотреть на вентиляционное отверстие до тех пор, пока шум и вибрация не прекратились. Либо неизвестное существо просто миновало парня, либо поняло, что его заметили. Пусть Марко и не знал, что это и куда оно движется, но желал, чтобы это нечто добралось до своей точки назначения.

Завершив смену, он тут же помчался в офис. Парень вышел из производственной комнаты в коридор, заполненный людьми, которые торопились успеть провести последний день года. Марко спешно пробрался сквозь толпу, словно через полосу препятствии. В комнате отдыха собрались завершившие смену сотрудники. Поздравив всех с наступающим и поблагодарив за прошедший год совместной работы, Марко быстро взял из шкафчика вещи и стал собираться. В этот же момент в комнату вошла Халла.

– Что такое, Халла? – спросил один из коллег.

Дело в том, что Халла плакала. Сперва то были просто слезы, но в секунду они превратились в настоящие рыдания. Марко замедлил свои сборы. Окружающие лишь смотрели на Халлу, никто не решался ее утешить. На каком-то инстинктивном уровне каждый чувствовал, что за ее слезами кроется дурная весть. Все осознавали, что будут просто не в силах успокоить Халлу. Что если попытаются, то и сами заплачут. Что в итоге никто не сможет вместе улыбаться.