— Нет-нет! — отпрянул Мальцев.
Петелина потянулась к тумбочке, налила воды в два стакана, предложила один из них Мальцеву. Тот жадно припал к стакану губами.
— Дмитрий Николаевич, а чем вы с братом занимались в девяностые?
— Бизнесом, как и все. Продавали, покупали. В Краснодарском крае. Потом перебрались в Москву.
— На родину не тянет?
— Что я там забыл? Родителей уже нет в живых.
— А друзья?
Петелина смела фотографии и закрыла папку. Мальцев допил воду и приосанился. Он явно выглядел увереннее.
— Лучшим другом для меня был мой брат. И вот… Виновата моя жена, но я люблю ее. Как мне теперь жить?
— Если любите, то…
Елена осеклась, задумавшись над глубинным смыслом этого слова, и не смогла закончить фразу. Она примерила ее к себе. Если любишь, то обязательно все будет хорошо. Но хорошо не получалось.
— На сегодня закончим, — сказала следователь. — Оформим протокол, и можете быть свободны.
Мальцев внимательно прочел бумаги и нехотя расписался. Петелина смотрела на его стакан и мучилась сомнениями. Через минуту после его ухода она все-таки вызвала Устинова.
— Миша, сними пальчики с этого стакана и проверь по нашей базе. Большего всего меня интересуют девяностые годы.
— А кто у вас был?
— Человек, о котором ты за тот период ничего не нашел.
— Мальцев! — догадался эксперт. — Он чист перед законом, поэтому нигде не засветился.
— Почему же он испугался этого снимка? Словно знал кого-то.
Фотография памятника сгоревшим бандитам скользнула по столу.
Устинов взял снимок.
— Карасев, братья Бугаевы… Изображения на камне такие, что можно и обознаться.
— Надо найти фотографии этих бойцов, — решила Петелина. — Посмотрим, как Мальцев отреагирует на них. Свяжись с Валеевым, пусть займется этим.
— Может, вы сами с ним свяжетесь? — замялся эксперт. — Опера не любят выполнять мои просьбы.
— Любят не любят… Детский сад, штаны на лямках! — Елена вспомнила последний разговор с Маратом и его голос: «Холодная…» — Скажешь, что это мое поручение. Все, иди.
— Хорошо, позвоню. — Миша ловко опустил стакан в прозрачный пакет. — Кстати, у меня есть кое-что новенькое. Несколько волосков с сиденья водителя действительно отличаются от волос Мальцевой. И самое главное, на их кончиках я обнаружил силиконовый клей.
Эксперт во все глаза смотрел на Петелину, ожидая ее реакции. Он явно хотел проверить смекалку следователя.
— Силиконовый клей… Этим клеем крепят волосы к парику, — предположила Елена.
— Точно!
49
Под вечер Петелина заехала в следственный изолятор. К ее удивлению, Инну Мальцеву перевели из больничной палаты в общую камеру. «Практически здорова», — завизировал врач. Это означало, что у подследственной нет высокой температуры, переломов и острой боли. Душевные недуги тюремные врачи предпочитали считать симуляцией.