Денис вывел Елену за ворота и усадил на скамью у забора.
— Вот она! Выкарабкалась, — шепнул Орлик, раздвигая кусты.
— Сам вижу, — ответил Ручкин.
— Исправляй ошибку.
Ручкин поднял пистолет и прицелился. Меткая пуля надежнее, неуправляемого огня.
После начала пожара двое мужчин в синем микроавтобусе просмотрели запись с камеры видеонаблюдения за домом Бахлина, засекли поджигателей и с тех пор внимательно наблюдали за происходящим. Из-за всеобщей суеты и прибежавших отовсюду ротозеев таиться особо не требовалось. Синий микроавтобус продвинулся вперед и приткнулся в проулке, ведущем к горящему дому.
Один из мужчин осматривал окрестности в прибор ночного видения. Заметив движение в кустах, он предупредил:
— Справа пятьдесят метров — стрелок!
Сидевший за рулем напарник направил туда фару-прожектор, прикрепленную рядом с боковым зеркалом, и дважды мигнул.
Во всеобщей суете на световой сигнал среагировал только Денис Лоськов. Причем самым неожиданным образом. Он обнял Петелину и рывком повалил на землю, прикрыв собой.
Прозвучали два хлопка, отозвавшиеся звоном металлического листа забора. Бахлин, нервно метавшийся перед скамьей, застыл как истукан. Его взгляд обнаружил две маленькие дырки в заборе напротив того места, где только что сидела Петелина.
— Ложись! — прикрикнул на него Лоськов.
Бахлин бухнулся на колени:
— В нас стреляли?
— Отползаем за машину, — приказал Лоськов.
Оказавшись за «тойотой», троица села на корточки.
— Кто это был? — спросила Елена, оценив ситуацию.
— Твой друг-ревнивец, вот кто! — воскликнул Бахлин. — Валеев считает меня соперником и хочет уничтожить.
— Ты видел здесь Марата?
— Представь себе. Этот синяк от него! — показал на свое лицо Бахлин.
— Вы подрались вчера вечером, а сейчас…
— Он выждал, пока мы заснули, и явился. Это Валеев поджег дом, больше некому!
— Подозрения — еще не доказательство.
— А когда я вырвался из огня, он взялся за оружие.
— Марат может дать в морду, но подло выстрелить…
— Не выгораживай его. Ведь он способен убить. Я-то знаю! И ты знаешь. Что ты молчишь, Петелина? Ревнивый мужик теряет голову. Так? То-то! А может, Валеев охотится в первую очередь за тобой. Что скажешь? Ты уверена, что у него на тебя рука не поднимется?
— Я ни в чем не уверена. Кто из вас лучше: ты или он, мне наплевать! Я здесь ради дочери, а не ради мужика!
Андрей хотел что-то ответить, но подошедший пожарный спросил его:
— Мы слышали странные хлопки. В доме патроны есть?
Бахлин встал. Лоськов мимикой показал ему, чтобы тот не проболтался о дырках в заборе.