— Как кто? — удивился эксперт.
Марат бросился к выходу.
— Вы действовали правильно! Я так и напишу! — крикнула ему вдогонку журналистка.
Хмурый Валеев размашисто шагал по больничному коридору.
— Халат! Халатик накиньте! — догнала его медсестра.
У реанимационной палаты дежурил сержант полиции. Капитан предъявил удостоверение, которое в отличие от оружия пока не потребовали сдать, и спросил:
— Следователь там?
— Так точно.
Валеев распахнул дверь. На единственной кровати с беспомощным видом, скосив глаза, лежал Аркадий Красин. Умные приборы контролировали его состояние. Но не психиатр интересовал оперативника.
Возле кровати сидела женщина и записывала показания. Валеев не сдержал возмущения:
— Что здесь происходит?
Женщина обернулась, дотронулась до перебинтованной шеи.
— Обычная работа.
— Тебе нельзя работать! Ты на больничном, Лена.
— Я уже в порядке, Марат. — На бледном лице Елены Петелиной появилась примиряющая улыбка.
И вновь на Марата нахлынуло. Вот уже трое суток его не отпускал роковой выстрел.
…Он видит цель, задерживает дыхание и надавливает на курок. Преступник тоже сжимает пистолет. Два выстрела звучат одновременно. Пуля Марата попадает в глаз Мальцеву, преступника откидывает назад. Но вместе с ним падает и Лена. Ее шея, к которой Мальцев прижимал пистолет, окрашивается кровью…
В тот момент Марат был уверен, что его самый страшный кошмар повторился. К счастью, резиновая пуля прошла по касательной и задела лишь кожу на шее Лены.
— Красин, капитан Валеев спас не только меня, но и вас, — заметила Петелина. — Он остановил кровотечение и вызвал врачей.
— Я был против убийств. Против! — заметался Красин. — Инна стреляла холостыми, Дроздова инсценировала смерть. Я ради денег согласился объявить Инну больной. Мне надо было отдавать этот чертов кредит. Мальцев обещал мне пятьсот тысяч из первой части наследства, но ему разве можно верить? Я решил подстраховаться и сохранил улику. Когда Семенова потребовала денег, я подумал, что платить должен Мальцев. А он решил заткнуть ей рот раз и навсегда.
Елена пояснила Марату:
— Муж проводницы Семеновой лежал в больнице Красина. Когда его выпускали, он не давал ей житья, поэтому Семенова была заинтересована в том, чтобы ее муж находился в больнице постоянно. Красин узнал график ее работы и номер вагона. Он сел в поезд по билету Мальцева, показал его фото Семеновой и попросил в случае чего подтвердить, что ехал именно Мальцев. Якобы муж вместо командировки отправился к любовнице, а жена наняла частного детектива. Но когда Семенова узнала об убийстве, она решилась на шантаж. Буйного мужа взяла с собой для подстраховки.
— Я мог поставить Инне диагноз «шизофрения» своими методами. Но это требовало времени. А Мальцев спешил. Он все усложнил. Нарочно!
— Почему?
— Обычный комплекс неполноценности. Ведь Инна называла его неудачником, лузером, который ничего не может без ее папочки! И Мальцев решил доказать, что он крут. Он хотел растоптать, унизить жену, демонстративно выставить ее сумасшедшей. А он получил бы деньги и упивался бы своей победой.
— Инна мечтала иметь ребенка, это желание заложено в женщине природой. И вы этим воспользовались. А как же клятва Гиппократа?
— Я всего лишь хотел поставить диагноз. Ведь в некотором смысле Инна больна.
— Она лишь жертва, а настоящие больные — вы! У вас и у Мальцева особая форма современной шизофрении — патологическая алчность!
— Лена, — вмешался Марат, — тебе не стоит так много говорить.
Петелина поправила повязку на шее, поморщилась: