– Да, я хочу знать про близкого всё! Иначе мы не близкие люди.
– Что именно? – снизошел Валеев.
В голове следователя щелкнул постулат: нервному подозреваемому надо задавать конкретные и ловить на противоречиях. Она убрала крем, чтобы не отвлекаться.
– Чем ты испачкал куртку?
– В баре пиво пролил.
– Каком баре?
– Рюмочная «ДК». Можешь проверить, я там был.
– Пиво в рюмочной?
– Кетчупом брызнул, – изменил показания Марат.
– Кетчуп был в чем?
– Обычная упаковка.
– Обычная, это какая?
– Без разницы! Я выпил, поел, испачкал куртку. Точно не помню как.
– В первый раз ты сказал, что куртку испачкал при встрече с информатором.
– Так и было.
– Вы встречались в рюмочной?
– Много чести ему!
– Тогда где?
Марат не ответил и Елена выложила главное:
– Тебя видели при входе в Школьный сквер незадолго до нападения на Петрова.
– Кто видел? – напрягся Валеев.
«Факт не опровергает, придирается к деталям», – отметила следователь.
– Зафиксировала видеокамера. На видео ты одет еще в прежней куртке.
Марат неожиданно улыбнулся, обхватил Елену и затянул к себе под одеяло. Его рука скользнула по ее бедру, задрала сорочку, а губы ткнулись в шею. Он навалился на женщину, подмял под себя. Елена уперлась ладонями и сжала ноги.
– Я устала. Отстань!
Она чувствовала, что Марат тоже не готов к любовным играм. Игривость показная, его мозг занят чем-то другим. Он пытается сбить ее с темы, избавиться от неудобных вопросов. Так и оказалось, Марат повозился для видимости, изобразил обиду и откинулся на свою половину кровати.
Елена погасила свет и закрыла глаза. Она была уверена, что быстро провалится в сон, но тревожные воспоминания не отпускали. Она вспомнила, как ее вызвали на место преступления. По пути она позвонила Марату, как-никак напали на его начальника. Она настолько была уверена, что Валеев в курсе нападения на Петрова, что не удосужилась…
Елена повернулась в постели, облокотилась на локоть и ткнула Марата в бок.
– Ты от меня узнал о покушении на Петрова?
Марат покосился на надоедливого следователя и нехотя подтвердил: