— Ножевое ранение в горло, — после некоторого раздумья ответила Елена.
— За что? Неужели из-за самоката? — Настя озвучила одну из гулявших в интернете версий.
— Сейчас трудно сказать.
— Пожилым не нравятся самокаты, но на них удобно. Максим сбил кого-то? Почему его зарезали?
— Хуже всего, если убили просто так, — вырвалось у следователя.
— Почему хуже?
— Иногда убивают ради самого процесса. Так поступают маньяки.
Елена обняла дочь, умолчав, что в этом случае убийства обязательно продолжатся. И если первой жертвой стал студент, то велика вероятность, что и последующие будут из студенческой среды.
Она отбросила нехорошие мысли и спросила:
— Если хочешь помочь мне, скажи, чем занимался Миронов помимо учебы?
— Максим придумывал квесты.
Елена вопросительно посмотрела на дочь. Настя пояснила:
— Это такая игра, где надо разгадать логические загадки, чтобы преодолеть препятствия. Но мешают всякие страшилки типа скелетов, жутких хрипов или отрезанных рук.
— Отрезанных?
— Не по-настоящему. Короче, надо думать головой и быть смелым, тогда пройдешь весь путь и в конце получишь какой-нибудь приз.
— И где происходят такие игры?
— В специально оборудованных помещениях. Но иногда в заброшенных зданиях или подвале, чтобы пощекотать нервы. Мы ходили на квест-проект по сценарию Максима. Он придумывал страшные. Прикольно.
— Кто это мы?
— Да так, компания.
Елена присмотрелась к смутившейся дочери и спросила:
— Никиту Березина ты случайно не знаешь?
— Зачем тебе Никита? — в свою очередь удивилась Настя.
— Выходит, знаешь, — оценила реакцию дочери следователь.
Она решила не скрывать информацию, которую ей сообщил Головастик, сумевший скопировать данные из разбитого телефона убитого студента.
— Никита Березин последний, с кем Максим Миронов говорил по телефону.
Настя насторожилась:
— Ты его подозреваешь?
— Я пробовала поговорить, звонила Березину, а он не ответил.
— Это важно?
— Пока не знаю. Обычные следственные действия.