И тут другой страх, внезапный и ужасающий, пронзил сердце убийцы. Кровь! Кровь на том самом месте, где он прикончил Чантрелла! Если бы он только знал, он бы уничтожил следы. Но ему и в голову не могло прийти подобное. Да и тело тоже! Но, с другой стороны, нужно очень внимательно присматриваться, чтобы заметить его; а с какой стати кому-то это делать? Кровь… да что с ним, в самом деле, происходит? Ведь у него есть объяснение. Простое и убедительное объяснение. Да, он так все и растолкует. Ну и дурак же он, раз позволил страху завладеть собой! Но сработает ли это? Конечно, сработает – если только этот проклятый Гай Оксфорд не догадается поместить немного крови Чантрелла под микроскоп. Но с какой стати Гаю Оксфорду это делать?
Но «Королева Мэб». Зачем «Королева Мэб» приплыла сюда, на Фланг?
– Это и впрямь неожиданность, мистер Оксфорд, – сказал Катберт Грисуолд, – встретить вас в этих Богом забытых водах, на этом самом острове Фланг.
– Круиз «Королевы Мэб», – отозвался Оксфорд, – носит исключительно научный характер, а ученые, как вам превосходно известно, порой посещают довольно странные места.
– Да, да, конечно! Жаль только, – улыбнулся Грисуолд, – что у нас тут нет для вас никакой тайны, которую можно было бы разгадать. Нет тут никаких тайн.
– Да, мистер Грисуолд; здесь нет тайны… требующей разгадки.
Грисуолд тихонько хмыкнул про себя. Еще одна шутка, да какая удачная! Никаких тайн. Ха-ха, если бы Гай Оксфорд только знал! Ну не анекдот ли? Жаль, нельзя поделиться с ними! Полная умора. Ведь Гай Оксфорд, как очень скоро предстояло узнать убийце, всё прекрасно знал.
– Впрочем, – добавил Грисуолд, – если бы вы оказались здесь около полудня, то застали бы самое настоящее убийство.
Какой странный взгляд капитан бросил на Оксфорда! И столь же странным было то выражение, которое на миг мелькнуло в этих необычных чёрных глазах учёного.
– О, не поймите меня превратно, джентльмены! – рассмеялся Грисуолд. – Жертвой стал Бак, волкодав, отец вот этого Плутона. Сбесился, и мне пришлось пристрелить бедолагу.
– И где, – как-то чересчур поспешно спросил капитан Спар, – это произошло?
– Вон там, – ответил Грисуолд, махнув рукой, – на восточной оконечности острова.
– Мне бы хотелось, – произнес Оксфорд, – посетить это место.
– Это место?
Тот кивнул.
– Разумеется, – согласился Грисуолд. – Прямо сейчас?
– Прямо сейчас. Вы не проводите нас?
– С удовольствием, – ответил Катберт Грисуолд, подавляя внутреннюю дрожь. – Но… почему, мистер Оксфорд, вас так заинтересовало это место? Там ведь нет ничего, кроме крови.
– А что вы сделали с телом?
– А, понимаю; вас интересует бешенство, равно как и все прочие научные дисциплины… и преступления.
– Меня интересует, – ответил ученый, – абсолютно всё.
– Конечно, конечно. Что до тела, то я, к сожалению, сбросил его в море. Бедный Бак! Мне так не хотелось убивать это благородное животное, но когда они сходят с ума, ничего другого не остается.
– Разумеется, – согласился Оксфорд. – И всё же, мистер Грисуолд, мне бы очень хотелось взглянуть на то место.
– Да, да; само собой.
Однако Грисуолд по-прежнему не делал ни единого движения, чтобы проводить гостей. Кровь, эта проклятая, предательская кровь! Зачем он вообще о ней заикнулся? Но стоп. Он поступил мудро. Конечно же, мудро. Они бы, по всей видимости, и так наткнулись на эту площадку. Да и кровь сама по себе ни о чём не говорит – если только не рассматривать её под микроскопом. А теперь, когда он сам упомянул о ней – причем сделал это столь непринужденно, – никаких подозрений не возникнет, и до микроскопа дело не дойдет. Так чего же он медлит? Нельзя колебаться ни секунды. Сейчас это самое худшее, что он может сделать.
Прошло всего несколько минут, и они достигли места трагедии – сам убийца, Оксфорд, капитан Спар и двое матросов. Хотя Грисуолд не выказывал ни малейшего колебания, ни тени нерешительности, ужасный страх уже держал его в своих тисках. Было такое чувство, будто этот мрачный, загадочный Оксфорд что-то знает. С чего бы ему так сильно хотеть прийти именно сюда? Почему, едва очутившись на месте, он жестом приказал остальным держаться позади, и зачем он столь пристально изучает эту площадку? И о боже! Посмотрите на это! Он погрузил палец правой руки прямо в гущу запекшейся крови – запекшейся крови Фердинанда Чантрелла.
Грисуолд не заметил поданного Оксфордом знака, но внезапно обнаружил, что остальные подошли к нему вплотную, к Грисуолду: капитан Спар стоял по правую руку от него, а двое дюжих матросов – по левую.
– Хм! – произнес Оксфорд, отрывая взгляд от своего пальца и устремляя его прямо в глаза Катберту Грисуолду. – Вы утверждаете, что это кровь собаки?
– Да, да! Конечно, собаки! Кровь Бака!
– У вымышленных собак, – обронил ученый, – вообще не бывает крови.