— Госпожа, может, не надо?
— Надо, Милти, надо! И принеси что-то…
У принцессы Дианы было платье мести. Для него еще рановато, но после развода тоже бы не помешало что-то подобрать, чтобы Гринувей локти кусал кого потерял. Чтобы слишком не радовался, что получил развод.
— А почему она не пожаловалась хозяину? — неужели ему все равно, что происходит у него в доме.
— Ну как же. Господин Гринувей слишком занят, никто не хочет отвлекать его от дел, особенно сейчас.
— А что случилось? — девушка подала мне платье темно-синего цвета, красивое и под цвет моих глаз, но слишком закрытое, — Нет, давай другое…
— Ой, госпожа, вы же ничего не знаете… — она перебрала пару вешалок и выудила черное, строгое, но с открытым верхом, то что нужно, — Все обсуждают прорыв. Еще же никого не поймали.
— А всегда ловят? — помогла мне переодеться и причесаться.
— Всегда, даже не беспокойтесь, — «успокоила» Милти, — Хозяину в этом деле нет равных. Он обязательно изловит чужемирку и сожжет.
— Сожжет? — голос дрогнул, а ноги споткнулись на ровном месте, меньше всего хотелось быть сожженной на костре.
— Вы что же и про магию своего мужа позабыли? — она так пристально на меня посмотрела, что мне стало страшно, и я принялась отнекиваться.
— Про магию помню, как такое забудешь… — к тому же я в действительности видела как огонь полыхает в руках Питера, просто это было в таком состоянии, что не придала этому должного внимания. Получается, огненные вспышки во взгляде именно с этим и связаны. И выходит, он собственноручно приводит приговор в исполнение?
— А что же чужие все плохие? — может были те, кого не сожгли, те, кто не причинил никому вреда. Вот я, например, не собираюсь никому вредить.
— Конечно! Это очень опасные монстры, — на лице девушки отразился неподдельный испуг.
— И ты лично видела кого-то из них?
— Я нет, слава Богине, а вот моя тетушке доводилось. Еле живой осталась, мы ее два месяца отхаживали, одной ногой за гранью была.
Хотела расспросить больше о том, что такого с ее тетей сделала чужая душа, но мы уже подошли к столовой. Боевой настрой после таких разговоров подсдулся, но не разворачиваться же назад. Так что я распахнула дверь и вошла в столовую под удивленные взгляды мужа и его любовницы, уже приступивших к завтраку.
— Как удобно, ночь проводишь в постели одной, а завтракаешь с другой.
ГЛАВА 12
ОЛИВИЯ
Питер, явно не ожидая моего появления, замер с чашкой кофе в руке, а Беатрис, сидя справа от него, с недовольным выражением на лице, бросила на меня презрительный взгляд. Я почувствовала, как меня снова охватывает волнение, но старалась не показывать этого.
Попыталась сконцентрироваться на чем-то другом, например, на том, что в этом мире тоже есть кофе. Терпкий аромат свежеприготовленного напитка проникал в легкие, аж во рту образовались слюньки. У себя я не часто пила кофе, но сегодня ужасно хотелось.
— Оливия, — произнес муж, его голос был холодным как лед, а глаза в противовес полыхали огнем. Он пристально наблюдал за тем, как я занимаю место слева от него, потому как мое положенное занимала сестрица. Быстро же она обжилась. Всего то и надо было в нужный момент запрыгнуть в постель к мужу сестры и вуаля — почетное место за столом обеспечено.
— Да, мой дражайший супруг? — сбоку на столе лежал колокольчик, и я позвонила в него, тут же из-за служебной двери выбежала молодая девушка. Она широко распахнутыми глазами, полными испуга, уставилась на меня, а потом покосилась на Бет. Видимо, это и есть та самая Шанная.
— Шанная, сделай мне кофе, пожалуйста, — попросила служанку, она кивнула, в этот раз покосилась на хозяина, но не заметив с его стороны запрета, поспешила выполнять распоряжение.
— У тебя же несварение от него, — усмехнулась сестрица, — Хотя зачем я напомнила.
— Несварение у меня от тебя…
— Зачем ты вышла? — спросил муж.
— Ну как же, позавтракать в компании любящих родственников, глядишь, в заботе и внимании восстановление пойдет быстрее.
— И хватает же наглости, — фыркнула Бет.