– Верно.
– Чудесно, – ледяные глаза пробежались по бумаге, и Контролер протянул ее мне. – Тогда, прошу вас, ознакомьтесь с правилами.
Я недоверчиво принял свиток, который оказался куда тяжелее и больше, чем можно было предположить, и аккуратно положил его на прилавок. Сверху каллиграфическим почерком было выведено:
Внизу стояла строка для подписи.
– И что такого в этих правилах? – поинтересовался я, отрываясь от договора.
– Хотите сказать, что вы их уже видели? – нахмурился Контролер и пристально посмотрел на меня.
– Не видел, но живу по ним последние семь лет. Перед уходом их завещал мой отец.
Контролер нахмурился еще сильнее.
– Странно, очень странно… Имя у вас такое… знакомое… будто бы уже… Надо было поискать… – еле слышно и зло прошептал он себе под нос, пересматривая договор. – Впрочем, давайте дальше. Есть ли у вас ко мне какие-то вопросы?
Это был второй шанс.
Вопросов было предостаточно, но из-за охватившего меня волнения я позабыл их все.
– Есть, – пролепетал я. – Скажите, кто я? Зачем я вам?
Слова прозвучали жалко, глупо и отчаянно.
Шанс был потерян. Я проиграл прежде, чем бросил кости. Прежде, чем раздали карты.
Глаза Контролера насмешливо блеснули.
– Только вы сможете ответить на эти вопросы, Чарли, – проговорил он со снисходительной улыбкой, – а пока просто помогайте нам. Мы не просим от вас большего, чем просто помощь. Что-нибудь еще? Если нет, то оставьте каплю своей крови на месте подписи, да и дело с концом. Вам, кстати, нужна игла?
В голове даже не промелькнуло мысли об отказе. Вся моя жизнь и так подчинялась указанным в пергаменте правилам, и более того, она мне нравилась. Несмотря на все, в лавке я, пожалуй, был действительно счастлив.
Тогда стоило ли что-то менять?
– Да, пожалуй, что нужна.
Контролер провел в воздухе тощими пальцами, и в руках у него появилась длинная острая игла. Он нагнулся ко мне, заботливо взял мою левую ладонь и приподнял ее над свитком. Пальцы Контролера были мертвенно холодными, настолько, что меня пробил озноб.
– Меня зовут Ник, – хищная улыбка, полная белоснежных острых зубов, исказила и без того пугающее лицо. – Мы еще встретимся с вами, мистер Дей.
Ник занес иглу. Мрак сгустился над его головой и окутал всю лавку. Кто-то в этой темноте сверлил меня внимательным, почти презрительным взглядом.
У меня перехватило дыхание. Послышался выстрел, треск, и чей-то низкий голос проговорил:
– Договор на Чарльза Дея уже был.
И через секунду наступила полная тьма.
Когда я очнулся, было темно. Уилл в панике твердил, что пытался привести меня в чувства несколько часов кряду, но у него так ничего и не получилось, и поэтому он закрыл лавку пораньше. Он надеялся, что я не буду его за это ругать.
– Не буду, конечно, не буду, – я рассеянно потрепал его за плечо. – Иди домой, дружище, мне как-то нездоровится…
Перед глазами плясали образы, которые я не хотел вспоминать: тени, собачий вой, очки и треск лампы… Кем был мой отец?.. Почему его забрали?.. Почему мое имя казалось Контролеру знакомым и что, наконец, значили слова о людях и нелюдях?..
Я долго осматривал левую ладонь в лупа-очки, но так и не увидел на ней царапины или пореза, хотя по ощущениям игла должна была оставить на коже хоть какой-то след.