Ушла к себе, налила в маленькую кастрюльку лапши, салат в салатницу положила, хлеба… взяла свою швабру, тряпки и пошла к соседу, прямо через то место, где злополучный штакетник на земле так и валялся.
Придётся немного убраться, нельзя больного в такой пыли оставлять, ко мне он не пойдёт, да и что люди скажут.
Разогрела всё, на стол накрыла и пошла в гостиную.
— Сень, ты иди поешь, а я немного пыль вытру, в палец она у тебя, — помогла ему с дивана подняться. — Как ты себя ощущаешь?
— Как в космосе, — бледный, на лбу испарина. — Лучше. Ты не выдумывай, завтра Люся придёт и весь дом выдраит, не хватало ещё, чтобы ты у меня тут полы мыла.
— Люся? — мне даже как-то нехорошо стало, может у него женщина здесь есть, а я тут со своей лапшой и уборкой. — А…, я же забыла! У меня молоко на плите, пригорит же.
— Лариса!
— Я утром приду укол сделаю и перевязку, — подхватила свою швабру и тряпки и быстро вышла из его дома.
Нашлась тут мать Тереза, вот почему ты такая, а? Тебя никто не просит, а ты сама всё предлагаешь… и всё на себе тащишь, урок с мужем ничему не научил, да?
Прошлась по упавшему забору, от злости подняла его и на место поставила, нечего тут всяким ко мне ходить, пусть через ворота, как все нормальные люди заходит.
И вообще! Перевязку я делаю в медицинском пункте!
Растаяла тут, ещё недавно клялась себе и божилась, что мужики для меня табу.
Да и хай на него, на этого соседа с его Люсей, я вон лучше пойду рассаду посажу, я же теперь женщина деревенская, огурчики, помидорчики, капустка… всё, как положено у меня будет.
Переоделась в рабочие шорты чуть повыше колена, майку без рукавов, шляпу на голову… вытащила из бани рассаду и пошла на огород позади дома.
Делянку мне мальчишки соседские вскопали, а я теперь выровняла, взяла толстый кол и стала делать дырки в земле по ряду, а потом туда рассаду втыкать и прикапывать.
К концу второго ряда спину уже разогнуть не могла, это тебе не уколы в белые задницы ставить, да сердце слушать, это потяжелее будет.
— Кхе, кхе, — раздалось опять за соседским забором, а я внимания не обращаю, только сильнее наклонилась и в его сторону между ног своих посмотрела, так и есть, сидит на своей стороне на лавочке и видом моего огорода любуется… или моей круглой задницей? — Мг-мг…
Да ты хоть закашляйся, нечего мне глазки строить, Люсе своей строй, или кто там у тебя есть.
Закапала всю рассаду, пустила шланг по арыку и перешла на другую делянку, за домом, там Семёну меня не видно.
Тоже мне раздобрилась, он может тебя из дома выжить хочет, а ты ему лапшичку, салатик, полы помыть…
Полила лейкой рассаду огурцов за домом, поболтала немного с другой своей соседкой бабой Таней, а тут уже стемнело, пора в дом заходить.
Ворота заперла и двинулась к крыльцу. Чёрт, ещё и окна его дома прямо ко мне во двор смотрят, никакой личной жизни теперь, хоть забор двухметровый ставь!
Да и всё равно мне на него, но спину выпрямила всё же, походка от бедра… подбородок кверху задрала.
Да чуть на пороге на вазу с крупной красной клубникой не наступила…
Ничего себе… кто это такой щедрый?
Подхватила большую вазу, огляделась по сторонам и залетела в дом, закрыв дверь на замок.
Свет включила и записку в клубнике увидела.
— Спасибо за лапшу! Утром приду на перевязку… Сеня.
И где он такое чудо в такое время взял? Не сезон же ещё…
И снова Лариска поплыла, от счастья улыбка на лице шесть на девять, даже про Люсю его не вспомнила.