Зеленые холмы Африки. Проблеск истины: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

– А может, учави?

– Хапана учави. Пига мзури сана.

Глава десятая

Под деревьями возле периметра было полно народа; женщины выделялись яркими разноцветными блузками, крупными белыми бусами и браслетами. Из Шамбы принесли большой барабан, и молодые егеря раздобыли еще три маленьких. Час был не поздний, но нгома уже набирала силу. Мы проехали через толпу и остановились в тени под деревом. К нам побежали детишки, чтобы поглазеть на разгрузку. Я отдал винтовку Нгуи и велел ее почистить, а сам прошел в столовую. С вершины дул бодрящий ветерок, в большой палатке было прохладно.

– Ты не оставил нам холодного пива, – приветствовала мисс Мэри. Выглядела она куда свежее, чем утром.

– Одну бутылку привез назад. Она где-то среди мешков. Как самочувствие?

– Мы с Джи-Си чувствуем себя отлично. Твоей пули не нашли, достали только его. Мой лев стал такой красивый, когда с него сняли кожу: белый, благородный. Не хуже, чем живой. Как Лойтокиток? Хорошо съездили?

– Купили все, что надо.

– Веди его к нам, мисс Мэри, – позвал Джи-Си. – Покажи, какая ты хозяйка. Пусть чувствует себя как дома. Знаете ли вы, что такое нгома, добрый человек?

– О да, сэр! – ответил я. – В наших землях тоже бывают нгомы. Мы очень-очень любим нгому.

– В Америке ее, кажется, называют бейсбол?

– О нет, сэр! Наша нгома похожа на праздник урожая с народными танцами. Примерно то же, что ваш крокет.

– Понимаю, о чем вы, – кивнул Джи-Си. – Однако наша нгома – нечто совершенно иное. Здесь танцуют только местные.

– Что вы говорите! Могу ли я в таком случае просить прекрасную леди, которую, я слышал, зовут мисс Мэри, составить мне партию на вашей нгоме?

– Увы, добрый человек, я уже ангажирована, – отвечала Мэри. – На нгому со мной идет мистер Чунго, что из егерей.

– Черта с два! – воскликнул Джи-Си.

– Не тот ли мистер Чунго, сэр, что имеет роскошные усы и мускулистый торс, носит узкие шорты и только что украсил свою прическу плюмажем из страусиных перьев? Весьма достойный молодой человек. Он ведь ваш коллега, не правда ли? Должен признать, сэр, вы отлично умеете выбирать людей.

– Ах, я влюблена в мистера Чунго, – сказала мисс Мэри. – Мистер Чунго мой герой! Он открыл мне, что вы лжец, добрый человек. Вы ни разу не попали в моего льва, вот ведь штука! Весь лагерь знает, что вы лжец, а Нгуи и парочка других только делают вид, будто они ваши друзья, потому что вы их одариваете и совсем распустили дисциплину. Мистер Чунго сказал: вспомните, мисс Мэри, как этот лжец вернулся в лагерь пьяный и Нгуи сломал его любимый нож, за который в Париже было уплачено целое состояние.

– О да, конечно! – сказал я. – Как же я мог забыть! Старина Чунго и вправду был со мной в Париже. Теперь я вспомнил, да, да!

– О нет, нет! – замотал головой Джи-Си. – Только не мистер Чунго. Не может быть, чтобы и он… Нет, не верю!

– Боюсь, что да, сэр! Именно он, сэр!

– Мистер Чунго рассказал мне много интересного, добрый человек. Он рассказал, что Нгуи тайком носит вам яд, которым охотники камба покрывают наконечники стрел, и вы окунаете в него свои пули, так что вся эта показуха с рисаси моджа, все эти убийства одним выстрелом – не что иное, как дешевое шарлатанство. Этот яд, сказал мистер Чунго, действует с такой чудовищной скоростью, что достаточно прикоснуться отравленным наконечником к ручейку крови, стекающему из пореза на ноге, чтобы человек упал замертво.

– Страшные, страшные вещи! Не думаете ли вы, сэр, что мне лучше отступить в тень и пусть мисс Мэри отправляется на нгому с вашим коллегой? Правда, это может показаться нарушением приличий – ну так что? В конце концов, она же Мемсаиб. Помните «Бремя белых» Киплинга?

– Мисс Мэри пойдет на нгому со мной, – отрезал Джи-Си. – Сделай-ка нам выпить, мисс Мэри. Или нет, я лучше сам.

– Спиртное разливать я еще не разучилась, – сказала Мэри. – И вообще, хватит друг друга шпынять.

Откуда столько злобы? Дама невинно пошутила, а они сразу завелись. Можно подумать, здесь разрешается шутить только Папе и его клевретам. Тоже мне силы ночи!.. Во сколько вы, кстати, проснулись?

– Не так уж и рано. Или это было вчера?

– Дни набегают один на другой, один на другой, один на другой, – продекламировала Мэри. – Это мои стихи про Африку.

Мэри писала поэму про Африку – судя по всему, нечто грандиозное. Беда была в том, что она постоянно забывала записывать сочиненные куски и они таяли, как сны под утренним солнцем. То немногое, что она успевала положить на бумагу, держалось в строжайшем секрете. Мы верили в славное будущее поэмы; я, впрочем, верю и по сей день, хотя было бы проще, если бы Мэри ее действительно написала. В то время мы все увлекались «Георгиками» в переводе Сесила Дей-Льюиса. По рукам ходили два экземпляра, постоянно теряясь, всплывая и снова теряясь; на моей памяти еще ни одна книга не вела себя столь легкомысленно. К Баттисто Мантовано у меня только одна претензия: он утверждал, что любой образованный человек может писать сносные стихи. Данте, напротив, говорил, что образования мало, надо быть сумасшедшим. Тут ему, конечно, верить нельзя. Впрочем, верить нельзя никому, особенно если живешь в Африке. В Африке что на заре правда, то к полудню ложь, не стоящая и гроша, как то волшебное, в обрамлении спелых трав, лазурное озеро на окоеме пропеченного солончака; его только что протопал от края до края и ясно понимаешь, что никакого озера нет, а оглянись – вот оно, живое и прекрасное.

– Это ты сама сочинила? – спросил я.